Поиск
Диалог в редакции
Лилия Гаманина [LiliyaGamanina] | | Жанр: Малые юмористические формы (пирожки, порошки и тд)
Когда-то, еще в эпоху журнальных редакций, один человек, из тех, кто носит внутри целую галактику, зашел в литературное объединение. Принёс свои тексты. Вот такая вот сцена из одного дня редакции: за низким столом сидит приемщик - мастер слова; не тронутые рукописи; перед ним обеденный бутерброд, чуть чуть надкусанный, писательский торопливый обед, в глазах скука и усталость. Внимание рассеяно, но тут на пороге вырастает Талант. Ненужный никому - бывает и такое.— Ваши рукописи? — прорезается равнодушный голос редактора. Уставший редактор взял блокнот, делая попутно пометки.
— Мои тексты, да.
— Не по стандарту написано. Мы такое не печатаем.
— Знаю.
— Тогда зачем вообще несли? Для чего писали? Вы же всё понимаете.
— Потому что физически тяжело - жить и никому это не показывать.
— В смысле “тяжело”? У вас тут поэма какая-то мягко говоря мелкая, А4 всего занимает!
— Так вы же в прошлый раз сами велели: “Свыше ста тысяч знаков поэмы не приносить”.
— Позвольте, а как мне вашу длинную ленточку печатать? Ну что за наказание.
Молчание. Потом газетный редактор уже не скрывает усталости.
— Да мы в редакции валимся... это же груз ответственности! Расплющит скоро!
Редактор разглядывает страницу без интереса, пишет пару закорючек для отчёта. Уже собирается отмахнуться и вернуться к бутерброду , как вдруг автор смотрит пристально:
— Нет, дело не в грузе. Дело в Свете.
Редактор поднимает глаза с карандашом на полпути.
— Свет? Какой свет? Сегодня на улице серо.
— Это не про погоду. Это внутренние лучи. Жить приходится аккуратно, почти невидимо среди людей. Свет вырвется наружу. Люди заметят не то, что следует.
Редактор подозрительно щурится:
— Заметят… что?
Автор вздыхает. Собирается и выпаливает прямо в душу редактору.
— Фрагменты моей Вселенной. Когда она свернута вовнутрь - никому незаметно; если чуть повернуть наружу - люди испугаются. Слишком ярко там всё у меня. Приходится учиться складывать Свет в А4…
Редактор отодвигает стул, смутился даже; потом тянется за страницей единственного рассказа — читает молча пару минут, прячет свой прежний скепсис:
— Так значит…Тридцать пять лет в редакции. Давно я такого не читал...
Голос Автора в редакции внезапно прорывается.
— Это кусочек моей Поэмы о Вселенной…
Редактор нервно теребит галстук.
— Но ведь так нельзя! Подобное публиковать, я про надземное… небезопасно.
Автор внезапно лучезарно улыбается.
— И что же делать? Перешивать рассказы на байки о психологии или сочинять очередную сатиру о котах во дворе?.. Всё равно эти Вселенные просачиваются наружу между строк.
Редактор кивает куда-то вверх, то ли на потолок зала типографии, то ли выше. В общем, мучается.
— Знаете… Я всю жизнь только этими словами и занимаюсь! Но такого для выпуска в руки никогда не попадало.
Тишина.
— Главное… осторожнее с посланием из других миров. Не дайте... Свету - прорваться.
Молчание повисло в редакции. Редактор внезапно надкусил свой бутерброд с жадностью. Подошел к окну.
- Много лет назад в моей душе были миллионы Вселенных. И что меня сейчас поглотило? Детективы, очередные синопсисы о волшебных котиках. Я добивался упорно этой должности. И чего я добился? То-то нельзя, это вот нельзя. Здесь регламент. Тут не по правилам. Я слишком соприкоснулся с настоящим. Я беру только то, что в тренде - детективы, ужастики, любовные рассказики...Печатаю только то, что раскупается и стало модным. Сегодня я понял... Я растерял всё. Почти всё. То что я любил, то что я по-настоящему читал.
— И что же делать?
— Будете бутерброд? — внезапно загорелся человек, который только десять минут назад был почти сухарь канцеляр-секретарь.
— Буду.
Теперь уже два человека стояли у окна, поглощали бутерброд на двоих, созерцая серость городских улиц из окна.
— Значит, так. Завтра приносите всю свою Вселенную. Всю. Да, я знаю, что это нарушает все правила нашего журнального-газетного формата. Но я решил так, мы пустим ваши рассказы между двумя колонками, между рекламой носков и мандалой изобилия с мантрами.
— Кусками? Между рекламой носков и мантр? Вы серьезно?
— Да. Между носками и мандалой изобилия. А что вы так смотрите на меня? Мы редакция, мы должны как-то выжить. Мы живем , увы, в таком мире, где деньги правят миром. Ничего страшного , что рядом будет реклама чулочно-носочных изделий.
— Но этот рассказ нельзя печатать абзацами.
— Нет. Вы всё еще не поняли. Целиком. В специальном приложении. С рекламами и мантрами.
— Вас же уволят.
— Уволят так уволят. Рискну. Надоело. Я хочу нести Свет людям. Мыслеформы других миров ... ваш текст очень даже хорошо будет читаться среди Мантры на изобилие.
— ...и рекламой носков..
— Дорогой мой Автор, спуститесь уже на землю. - редактор похлопал по плечу удивленного автора. — Да, Поэма , этот ваш осколок Вселенной, будет рядом с фотоцитатами «Куплю носки оптом». Ну давайте искренне - кто читает про оптовые поставки махровых изделий? И потом, мы ведь на земле, мой дорогой друг, мы ходим по земле - ногами...
Редактор загадочно улыбнулся. Автор поразился новому открытию и понял, что Поэма о Вселенной, наконец, сошла на землю. И осколки другой галактики в этот миг столкнулись с чем-то настоящим. С чем-то, что не входит в А4. Потому что есть душа человеческая, которой в эпоху рекламы и денег очень нужен духовный свет.
Свидетельство о публикации №11776 от 01.12.2025 в 18:17:42
