Поэма о маме

Косинова Любовь [lyubava22] | 12.01.2026 в 21:21:51 | Жанр: Поэма

Поэма о маме Родившимся в 40-х посвящается
Пролог
Мама моя - ребёнок войны,
Сложной, голодной военной судьбы:
Гибли отцы дочерей без вины,
Женщины ждали мужей, не гробы...

Шёл третий месяц проклятой войны.
Счастье познать? Нет, они не вольны!
Письма лишь ждать от войны – «валуны»:
Душами сразу стали больны...

Плакали семьи, от счастья пьяны,
Вдоволь наждавшись кончины войны,
Были они и скромны, и бедны,
Но чисты и честны, и любимым верны.

Помню рассказы правдивы, длинны:
В детскую память насквозь вживлены...
Права на детство сквозь боль лишены
Были те дети - дети войны!

Ночи сменились на дни - дни весны...
Цветом покрылись сады зелены.
Льды расступились в реке холодны.
Люди взялись за мирские труды.

Выросли дочки военной «волны»,
Мамами стали, - красивы, умны.
Нет поколению мамы цены.
Матери эти сегодня нужны!
Дети войны нам в подарок даны
В качестве мам! Пол советской страны
Не сирот... сиротами-мамами взращены.
Мамы сороковых силой духа полны:

Руки у многих уже скрещены...
И долги ими нам давно прощены.
Как времена б не казались сложны,
Помнить о них мы с вами должны!

Часть 1
Шёл третий месяц проклятой войны.
Счастье познать? Нет, они не вольны!
Письма лишь ждать от войны – «валуны»:
Душами сразу стали больны...

В родительский дом
Стучит почтальон...
В родительском доме
Истошный стон...

Не сразу мать мамы встанет с колен:
«Он не пропал, не попал он в плен!
Пал смертью храбрых любимый мой муж,
Как же то так, не вернётся он уж…»

«Как же мне без него-то рожать?! -
Криком кричала мамина мать. -
Как же мне без него-то растить? -
Иль, как котят, деток всех утопить?..»

«Дуня, Дуняша, приди ты в себя!
Плачет с тобою малое дитя!
Ты, Евдокия, давай же, крепись
Жизнь не окончена, ты уж держись…»

Соседка на помощь Авдотье пришла,
Немного муки и пшена принесла.
В руках подержала детей, пока Дуся
Духом и телом сомлевшими труся,

На пол сползала и вновь поднималась,
С детками милыми всласть обнималась.
Вдруг в её сердце сомненье закралось:
«Может быть, жив Саша мой, обозналась?»

«Правда твоя! - явилась Надежда. -
Дом, пропитание есть и одежда.
Может, ошиблась твоя почтальонка,
Глупая дура-молодка, девчонка!»

Часть 2
В город тогда уже немцы пришли,
Боль и разруху в дома принесли.
Дуня с Надеждой сидят тише мыши,
Мама под грудью у матери дышит.

Наши войска встали мощной преградой
Гадам, которым в России не рады,
И авиация, и пехота, и танки
Мешали с землёй оккупантов останки.

Кровопролитие ужасного сражения,
Достойно памяти народа, уважения,
Сковало несколько передовых дивизий
Врага на подступах ... к московской Ризе*.

Мужья, отцы и братья воевали,
Они непрошеным гостям пинка-то дали!
Приобретя в бою закалку боевую
Войска Калининского фронта рапортуют:

- В «котле» желали фрицы нас сварить,
Но быстро усмирили гадов прыть,
Добились под Калинином успехов,
Лишили «рыцарей» надёжных их доспехов!

Мотали на кулак мы жилы немцев,
В прах искрошили технику внедренцев.
Потери вражеские сильно высоки
У нашей Волги-матушки реки!

Город Калинин, встречай Новый год!
Германским войскам дал обратный ты ход!
Зимняя стужа, январский мороз,
Крохотный мамин красненький нос...

Так доносила дочку Дуняша -
В мыслях о муже, живом её Саше.
Калинин не сдался, рубеж отстоял он.
Город недюжинной радости полон.
_____________
*Имеется в виду Риза Господня, которая хранится в Успенском соборе Московского Кремля.

Криком малютки округа наполнилась,
Саши и Дуси мечтанья исполнились:
Валечка, мама моя, родилась,
Радость слезами там пролилась!

Часть 3
Счастье и скорбь вместе тут сплетены.
Гады фашистские не прощены!
Страшные детям войны снятся сны
Эхом бесчеловечной войны.

В родительский дом
Стучит почтальон...
В родительском доме
Истошный стон...

Соседка Наденька сошла с ума -
В калитке показалась тощая сума.
Письмо с печатью извлекла костлявая рука
Той «дурочки», молоденькой пока.

Деток Надюши забрали в детдом,
Но вот отец их выжил потом!
В дом опустелый живым он пришёл,
Сына и дочку в детдоме нашёл.

Волею судеб разделены,
Люди искали детей той войны.
Не узнавая их со спины,
Светлые личики были темны.

- Дуня-Дуняша, кормилица наша!
Не убивайся, вернётся твой Саша!
Что же не кормишь малышку свою,
Валечку-Валю, внучку мою?

- Батюшка, милый, нечем кормить!
Коровы-то нет, кого ж мне доить?
Какая ж я мать?.. Молоком не богата,
Картошку сестёр экономлю для брата.

Может, возьмёшь ты дочку к себе?
Там и теплее ей будет в избе.
Сильно тебя ведь она не объест,
Взвали на себя посильный ты крест...

Часть 4
Дед мою маму в деревню забрал,
Там и еду, и покой он ей дал.
Вдоволь кормил, а сам исхудал...
В трудностях на ноги внучку поднял.

Сам-то он был из грязновских* крестьян,
Трудолюбивый, не вор, не смутьян.
И, хоть на солнце не ищут изъян,
Справедливости ради - не был и пьян.

Маму на тёплую печь усадил,
Рыбку на речке для внучки удил.
Где-то добыл для неё сахарок…
Так коротали и ночь, и денёк.
*Грязново – деревня в московской области.
Летом - столяр и пастух, а зимой
Дрова добывал и возил их домой.
Был он доволен своею женой
И взял заботу ещё над сестрой.

Дед мою маму в семью не отдал.
«Голодно в городе», - грустно сказал,
Вырастить девочку сам обещал,
Слово сдержал и её содержал.

Дедушка внучку взрастил, воспитал,
Образованье хорошее дал,
Сам в жизни много ль успеха видал?..
В воздухе образ его вокруг мамы витал.

В сердце лишь он прочно засел.
Матушке мамы выпал удел:
Брата, сестёр старших целый надел -
Четверо их, кроме мамы, у дел.

С лёгкостью внучку дочь отдала
В руки надёжные, - нет, не лгала.
Могла б не отдать? Если б могла...
В дом просочилась тёмная мгла.

Часть 5
Выросла Валя в деревне у деда.
Вырасти мало, это полдела.
Вот уж шестнадцатый маме годок,
Дедушка внучку отвозит в Торжок.

Там, в городке, на речке Тверце,
Мама узнала всё о Творце.
Храмами полон старинный посад.
Мама довольна, и дедушка рад!

Строгий наказ получила от деда:
На ноги встать, не сидеть чтоб без дела:
«Нечего воду в ступе толочь!
Послевоенной стране чтоб помочь,

Надо профессию здесь получить,
Ну а потом уж и дальше учись!
Стране нужны теперь машины,
Чтоб вдаль, чтоб ввысь, чтобы - к вершинам!»

Так, получая рабочие навыки,
Девочка выросла аж до наставника.
И поступила в ЛИИЖТ Ленинградский
Дальше учиться... Это лишь кратко.

Дедушка внучку курировал тоже,
Мало ли - загордиться ведь может!
Строго её он и там наставлял,
Но уж всё чаще одну оставлял...

Так и оставил её он одну,
Нет, не поставим ему то в вину.
Все мы не вечны в грешном миру.
Все мы обвенчаны с Богом в пиру.

Мама грустила по деду-отцу.
Слёзы катились ручьём по лицу.
«Время лишь лечит», - нам жизнь говорит,
Лечит и память хранить нам велит!

Часть 6
Валя училась, азы постигая,
Деда наказы в жизнь претворяя.
Будто бы в девы навек записалась,
Волей, терпением запасалась,

Ватманом её комнатушка наполнилась,
Рейсфедером с тушью навеки запомнилась.
Хихикали подружки: «Ну её, ту Вальку!
И в сердце, и в мозгу её - лишь калька».

Не знала даже мамочка в то время,
Что тётушка моя живёт во бремени,
А братец тётушки - мой будущий отец,
И скоро маму поведёт он под венец.

Всё это было в Ленинграде,
Где встретились они как на параде,
Нарядные, по Невскому гуляли.
Там очарован Виктор был кудрями Вали.

Увёз он маму в «глушь – Саратов»,
Меня родили там, и брата,
Так, не окончив институт,
Девчонки замуж побегут,

Как только встретят вдруг его,
Хопёрского красавца сероокого:
«Мужчину нужно уважать,
Не заставлять так долго ждать».

Четвёртый курс остался за плечами,
Диплома нет, но знанием окрепла Валя.
И в ГКБ карьеру быструю
Свершила мама столь неистово.

Ведущим стала инженером,
За кульманом стояла смену,
А выходной - в саду и огороде,
Безделье не под стать породе!

Часть 7
В семью попала мама работящую -
Казачью, добрую, большую, настоящую.
И засучила рукава она по локоть,
Под белую косынку свой запрятав локон.

Зато в театре мамой как все любовались!
Хоть все тогда красиво одевались,
Но мама шила профессионально все наряды
И весело носила их, ловя восторженные взгляды.

Душой компании была она всегда.
Весёлая и добрая. «Какая ерунда!» -
Бралась отзывчиво за разное, любое дело
И на работе, и в семье, ни сердце не щадя, ни тело.

С тех пор была и правою рукою,
И жилеткой свёкру и свекрови, и щекою...
Её рассказы о любимом деде,
Узнали все в округе дети.

Как символ веры дед её парил над миром.
Она его любила, мы боготворили.
В рассказах и ушла она от нас…
Так опустел наш дом, навек погас.

Цвела сирень. В ней город утопал.
Мой интерес к цветению тому пропал.
И грозы майские неистово гремели,
Когда бежала к маминой постели...

Природа плакала, утрату понимая,
Рыдала ливнями в расцвете мая.
Прохожая старушка мне ответила,
Что так бывает, если есть отметина:

- Отмечена Судьбою ваша матушка!
Не плачь и не кручинься, дочка-лапушка.
На небесах ей будет хорошо, покойно,
Ведь Богу ангелы нужны достойные.

Эпилог
Как времена б не казались сложны,
Помнить о мамах мы с вами должны!
Руки у многих уже скрещены...
И долги ими нам давно прощены.

Силой недюжинной наделены
Матери несправедливой судьбы.
Силищей! Вот эти строки важны!
Долги нами им НЕ... воз-вра-ще-ны...
12.01.24г.
*к 82-летию моей мамы, Валентины Александровны Кондратьевой (Воробьёвой)
(12.01.1942 – 8.05.2009)
*Стихотворение удостоено награды «Бронзовое перо» конкурса «Живое перо поэзии» (2025), проводимом издательством «ЧЕТЫРЕ», г.Санкт-Петербург.

Свидетельство о публикации №13102 от 12.01.2026 в 21:21:51

Поэма о маме

Отзывы