"РАЗНОЦВЕТНЫЕ СТЁКЛЫШКИ" СКАЗКИ ГНОМА УЛЛЕ

Помедина Елена [Moro_2026] | 17.03.2026 в 20:58:56 | Жанр: Сказка

Глава первая         Загадочная коробка, или Как я попала в сказку
        Сказка…  Какое волшебное слово! Это слово знакомо всем-всем людям на Земле. Потому что все они когда-то были маленькими. Да-да! И мамы, и папы, и бабушки с дедушками в детстве любили их слушать и читать.
       А ты любишь сказки? Да? Я тоже их очень люблю. А однажды я сама попала в сказку! Ты хочешь узнать, как это случилось? Тогда садись поудобнее и внимательно слушай…
       Случилось это в одном замечательном городе, в котором когда-то прошло моё детство. Это очень красивый русский город. Рядом с ним течёт большая величественная река, по берегам которой стоят старинные белые церкви. Их купола отражаются в реке. Когда наступает вечер, солнце опускает свои сияющие лучи в воду и золотит отражение куполов. И тогда кажется, что на дне реки стоит сказочный невидимый город. В этом городе много старых деревянных домов, окруженных яблоневыми садами. Неширокие улочки утопают в зарослях сирени и шиповника.
       Я очень люблю этот небольшой город. И чтобы бывать здесь чаще, поселилась на своей даче совсем недалеко от него. В начале лета я вновь приехала сюда. И решила прогуляться по тихим улочкам, чтобы вспомнить времена, когда я была совсем маленькой и ходила там за ручку с мамой и крёстной. Погода стояла чудесная — было тепло, солнечно, на небе ни облачка. И я отправилась на прогулку. Как-то незаметно и быстро я очутилась на одной небольшой улице с красивыми разноцветными домами.  «Странно, — подумала я, — почему-то совсем не помню эту улицу! Мне кажется, раньше я здесь никогда не бывала». Я шла медленным шагом и с удовольствием рассматривала дома, клумбы, деревья.
        На одном из домов я увидела вывеску: «Цветочная лавка». Это был небольшой магазинчик, где продавались цветы и сувениры. Мне совсем не нужны были ни цветы, ни сувениры, и я прошла мимо. Как вдруг внезапно задул сильный ветер. Небо потемнело, сверкнула молния, и хлынул сильный дождь. Зонтик я с собой не взяла, поэтому нужно было срочно искать укрытие. В одну минуту я, прыгая через потоки воды, оказалась у дверей цветочной лавки и дёрнула за ручку. Дверь открылась легко, будто сама собой. Над головой мелодично прозвенел дверной колокольчик, и я оказалась внутри цветочно-сувенирного царства.
       В помещении магазинчика было сумрачно и тихо. На полках стояли цветы в вазах и горшках. От них шёл нежный аромат. Везде было много забавных фарфоровых фигурок. Какие-то ленточки, перья и колокольчики на ниточках висели над головой. Стояли целые пирамиды ярких картонных коробок разной величины. Наверное, из-за того, что было почти темно, все эти вещи выглядели необычно, загадочно. «Странно, почему нет света?»—   удивилась я. И тут же услышала голос, раздавшийся откуда-то из глубины магазина: «Не волнуйтесь, сейчас я зажгу свечу». И почти сразу в густом сумраке я увидела дрожащее пятно света.
Пятно приближалось, становилось ярче. И вскоре я увидела невысокую рыжеволосую женщину со свечой в руке. Она была одета в удивительное платье. Ткань, из которой оно было сшито, напоминало рыбью чешую. Может быть, поэтому, а может быть, просто потому, что в лавке было темно, незнакомка показалась мне похожей на добрую Волшебницу из сказки. Она приближалась, прихрамывая и опираясь на палочку. Палка была необычная — украшенная резьбой и разноцветными камушками, которые таинственно мерцали от света зажжённой свечи. «Чудеса какие-то! Куда это я попала? И тётенька странная…  Да ну! Вечно мне что-то кажется. Это просто цветочница», — подумала я и поздоровалась.
— Здравствуйте! — приветливо ответила она. — Я хозяйка этого магазина. У нас, к сожалению, пробки перегорели, поэтому так темно. Но зато есть свечи. Сейчас я их зажгу, и будет светло и уютно. Очень хорошо, что вы заглянули в нашу лавку. Вам нужны цветы или вас интересуют подарки?
— Извините, — смущённо ответила я. — Просто пошёл сильный дождь, а я не захватила с собой зонтик. Вот и забежала к вам… Непогоду переждать. Можно я побуду у вас немного?
— Конечно, — с улыбкой сказала Цветочница, — я всегда рада гостям! А если хотите, то можете купить зонтик у нас, — и она протянула мне большой и яркий зонт. Он напоминал трость с закруглённой ручкой.
— Ого! Какой красивый! Конечно, я возьму его. Спасибо. Давно мечтала именно о таком! — обрадовалась я. И, расплатившись с хозяйкой, уже собиралась уходить, но остановилась и спросила её:
— А как же вы здесь останетесь одна, без света?
— Наверное, придётся сегодня закрывать лавку. Чтобы поменять пробки, нужно подниматься на стремянку. А я не могу. Нога болит.
— А хотите, я вам помогу? Где тут у вас стремянка? — и я решительно направилась в глубь магазина.
— Вы очень добры! Я буду признательна вам за помощь. Спасибо, — ответила обрадованная Цветочница.
       Мы прошли в подсобное помещение, где почти под самым потолком я увидела нишу в стене — там был электрощит. Поставив лесенку, я вскарабкалась по ней на самый верх и поменяла пробки. Везде зажёгся мягкий и тёплый свет. Хозяйка радовалась. А я слезла со стремянки, подхватила новый зонтик и стала прощаться.
— Постойте, — сказала Цветочница. — Вы так помогли мне! И я хочу сделать вам что-нибудь приятное. Вот. Возьмите, пожалуйста. — И она протянула мне большую, тяжёлую коробку, перевязанную красивой лентой. На все мои возражения хозяйка ответила: «Не отказывайтесь, пожалуйста! Этот подарок именно для вас. И он обязательно принесёт вам удачу!»
Я удивилась её словам и взяла коробку. Ещё раз мы поблагодарили друг друга и расстались. Выйдя из магазина, я открыла зонт. И он, как большой купол, раскрылся надо мной, прекрасно защищая от дождя. Я подхватила коробку с подарком под мышку и, обходя лужи, отправилась к автобусной остановке.
       Приехав в Мухино, где находится моя дача, я узнала, что в деревне тоже нет света. Моя соседка Алла рассказала, что была сильная гроза и электричество у всех отключилось. Время близилось к вечеру. Вокруг было всё мокро от дождя. Небо хмурилось, и ветер гнал по нему тёмные облака. На улице было неуютно, и я поспешила в дом. Хотелось скорее согреться. А ещё больше — заглянуть в коробку, перевязанную лентой.
       И вот, быстро переодевшись и натянув на себя тёплые вязаные носки, я села в кресло, взяла в руки коробку и потянула за кончик ленточки. Бантик развязался легко и, открыв крышку, я увидела внутри завёрнутые в бумагу свёртки. Внизу большой, а сверху поменьше. Я развернула сначала тот, который поменьше. И у меня в руках оказался маленький, но самый настоящий фонарик. Он был очень похож на фонарики из сказок про гномов. Я очень обрадовалась.
«Сейчас зажгу фонарь — и будет светло. Всё веселее. А то когда ещё свет подключат!» — подумала я. И, найдя на фонарике маленькую красную кнопочку, нажала на неё. Фонарик послушно засветился. Но его свет был очень необычным — напоминал Лунный Свет! Он осветил всю комнату, которая вдруг преобразилась, все предметы в ней стали какими-то игрушечными. И тут я поняла: комната стала напоминать картинку из книжки со сказками, которую я когда-то читала в детстве.
       А ещё мне показалось, что от фонаря исходило тепло. В доме сразу стало очень уютно и хорошо. Мысленно я поблагодарила Цветочницу. Но у меня ведь был ещё один сверток! Держа в руке фонарь, я с любопытством склонилась над коробкой. Свет упал на свёрток, лежащий на дне. И не успела я протянуть к нему руку, как вдруг свёрток… чихнул! Я от неожиданности отпрянула назад и замерла с фонарём в руке. В коробке происходило что-то непонятное. Сначала там кто-то начал кряхтеть и сопеть. Потом послышалось шуршание разворачиваемой бумаги. В коробке был кто-то живой! Он шевелился и ворчал: «Вот зачем столько бумаги навертели? Теперь не выбраться никак. И никто не поможет! Как плохо быть маленьким…»  И что-то ещё шепотом, чего я не могла разобрать. Потом ворчание прекратилось, и вдруг из коробки высунулся красный колпачок. А из-под колпачка на меня смотрели два блестящих любопытных глаза…
       Я потрогала свой лоб — он был холодным. Температуры нет. Значит, это не бред. Но дар речи у меня пропал. Наверное, от неожиданности. «Что вообще тут происходит? Этого не может быть! Наверное, я сплю и вижу сон!» — подумала я. Как вдруг услышала доносящийся из коробки голос: «Это совсем не сон!» А потом из неё выпрыгнул маленький человечек в короткой курточке и потешном колпачке. На ногах у него были чулки и деревянные башмачки с пряжками. Короткие штанишки держались на лямке с большой пуговицей. Он был и не молодой, и не старый. У него была маленькая рыжая бородка. Человечек смело прошёлся по комнате и, осмотревшись, сказал: «Значит, ты живёшь здесь? Хорошо тут у тебя, уютно. Мне нравится». В этот момент ко мне вернулась речь. Слегка заикаясь, я спросила:
— А т-ты к-кто?                                                                                                            
— Неужели ты не узнала меня? Обычно сразу все узнают! Я гном.
— Как — гном? Не может этого быть! Ведь гномы бывают только в сказках!
— А я и пришёл из сказки. Вернее — я сам сказочник. Я сочиняю сказки и уже много их сочинил. А вот записать не мог. Потому что был каменным. Из-за этого я попал в цветочную лавку, в которой ты была сегодня. А Цветочница, хозяйка этой лавки, — добрая волшебница. Она решила помочь мне. В своей волшебной книге она прочитала, что я смогу ожить, если Волшебный Фонарь зажжёт человек с добрым сердцем. Сегодня ты помогла Цветочнице, значит, у тебя доброе сердце. И она совсем не случайно подарила меня тебе. И когда ты зажгла Волшебный Фонарик, я снова стал живым!
— Ну и чудеса-а-а… – выдохнула я. – Значит, мне это не показалось! Я действительно видела настоящую волшебницу! Просто какая-то сказочная история! Если бы кто-то другой рассказал — ни за что бы не поверила!
— А как тебя зовут?
— Меня зовут Улле. Гном Улле, — он снял колпачок и вежливо поклонился.
— Улле, а как же так получилось, что ты превратился в каменного человечка?
— Я, к сожалению, сейчас не могу тебе этого рассказать. Просто пока я был каменным, забыл всё, что со мной было раньше. Но, возможно, скоро вспомню, и тогда ты обязательно обо всём узнаешь. И ещё я хочу попросить тебя. Мне нужна твоя помощь!
— Какая же? — с любопытством спросила я.
— За это время я сочинил много сказок. Я буду их рассказывать, а ты будешь записывать.
— Неожиданное предложение! — удивилась я. — А сколько сказок ты сочинил?
       Улле призадумался и стал усердно загибать пальцы на руках. Потом снял башмачки и посчитал маленькие, как горошинки, пальчики на ногах. Этого явно было недостаточно. И гном посмотрел в мою сторону, намереваясь посчитать и мои пальцы.                                                                                         
— Ну уж нет! Так не пойдёт! — возмутилась я. — Ты что, арифметики не знаешь?                          
— К сожалению, нет. И читать не умею, — грустно признался Улле.
— Ладно, не грусти. Это поправимо. Придётся тебя азбуке и арифметике научить.  
Улле посмотрел на меня недоверчиво:
 — Думаешь, у меня получится? — робко спросил он.
— Даже не сомневайся. Я тебя ещё и на свирели играть научу,— добавила я.
Улле тяжело вздохнул, но возражать не стал. Молчал и слушал меня.
— Да-а-а… Работа предстоит большая… — размышляла я вслух. — Только, знаешь, я целый день тружусь на участке, заниматься и рассказывать сказки мы сможем только вечером. Согласен?
— Ну конечно, согласен.
— А что потом мы будем делать с этими сказками? — озадачилась я.
— Как что? Рассказывать их всем, кто любит сказки. Ведь в сказках добро всегда побеждает зло. И когда мы читаем их, сами становимся добрее. Пусть все люди, которые будут читать эти сказки, станут добрыми! – завершил он.
— Хорошая мысль! — согласилась я.
       Мне понравилась идея Улле. И вообще вся эта история заинтересовала меня, я решила помочь ему. Да и сказок давненько не читала. На том и порешили. К этому времени на дворе было уже совсем темно.
Настала пора отдыхать. Улле сказал, что любит спать возле камина.                                                                                                — Незадача! А камина-то у меня нет, – огорчилась я.
— Не беда! — успокоил Улле, — когда-нибудь будет и камин. А пока я и на кресле посплю. Он улёгся на кресле, укрывшись моей старой кофтой, и мирно засопел. Я тоже пошла спать. В доме было тихо, и только часы тихонько тикали на стене.
       В большое окно заглянула любопытная Луна. Её яркий луч упал на стол, где стоял Волшебный Фонарь. И из Фонаря навстречу Лунному Лучу  показался маленький Лучик. Они встретились в воздухе, словно пожали друг другу руки. Но внезапно набежавшее облако закрыло Луну, и Лунный Луч исчез. Погас и Фонарик. Но ничего этого ни я, ни Улле не видели. Мы крепко спали.
    
Глава вторая            Гном Улле рассказывает сказки

       На следующий день была хорошая погода. С утра я сходила в соседнюю деревню за молоком и хлебом, а потом занялась огородными делами. Улле не мешал мне. Он облюбовал себе место в тени небольшой раскидистой сосны, которая росла неподалёку от террасы. Её пушистые ветви спускалась до самой земли, и гном сидел под ними, как в шалаше. И, как мне показалось, прятался от солнечных лучей. Виден был только кончик его колпачка.
        Когда наступил вечер и солнце стало клониться к горизонту, мы поужинали и уселись на террасе пить чай. Вечер был тихий. По бирюзовому небу плыли большие белые облака. Мы стали рассматривать их и придумывать — на что похоже каждое облако. Это удивительная игра. Ведь иногда облако меняется в считанные минуты, и каждый, кто играет, видит что-то новое: вот плывёт огромный кит, а над самым лесом летит Яга на метле. Прямо над нами проплыло облако, похожее на ветряную мельницу. Одно облако мне показалось похожим на оленя, а Улле утверждал, что видит крокодила. Край неба стал розовым, и по нему разбежались круглые облачка, похожие на маленьких толстых свинок, купающихся в луже.   
       Мы фантазировали без устали. Каждый торопился первым увидеть в облаке что-то интересное. Было весело.  
— А знаешь, у меня ведь есть сказка про облака, — признался Улле.
— Это здорово! Ты рассказывай, а я буду записывать, — предложила я и достала блокнот. Гном начал свою первую сказку…

Сказка про облака

       «В одной далёкой волшебной стране живёт Сказочное Существо. Как его зовут, я позабыл. Это Существо очень большое. Прямо с пятиэтажный дом! И самое любимое его занятие — надувать волшебные облака, просто как воздушные шарики. Облака у него получаются разные. То огромные, пушистые и мягкие, как перина. То маленькие, прозрачные. Бывают они и длинные, и короткие... Всякие-всякие!
       Существо надувает свои облака, потом отпускает их в небо. Погулять.    А они разбредаются по всему небосводу, как белые барашки, и обратно к Существу не возвращаются. Существо обижается на них, сердится. А когда сердится, то у него получаются огромные грозовые тучи!
       Тёмные тучи бросаются вдогонку разбежавшимся облакам. Оглушительно гремят громом, молнией сверкают. Всё пытаются облака вернуть. Да куда там! Лёгкие, пушистые облака, хохоча, убегают от них. И грозные тучи возвращаются ни с чем...
       Осенью Существо грустит. Тогда облака затягивают всё небо и плачут холодным осенним дождём.
       Когда наступает зима, Существу становится холодно. Пытаясь согреться, оно начинает плясать. Облака, глядя на него, смеются. И от смеха из них высыпаются снежинки. Кажется, что кто-то подул на тысячу одуванчиков. Снежинки падают на землю, превращаясь в большое пушистое снежное одеяло, которое покрывает землю и согревает её…»
 «Вот, оказывается, откуда появляются облака! — дописывая страничку, подумала я. — А ведь это они научили многих людей фантазировать и мечтать. Как здорово, что есть облака. Спасибо тебе, Существо! Вот бы ещё узнать, из чего оно их делает? Нужно как-нибудь потом спросить об этом Улле». 
— Мне понравилась твоя сказка! А ты можешь сочинить сказку про какую-нибудь вещь? Про ложку, например?
— Могу, — спокойно ответил гном.
— И про стол можешь?
— Конечно.
— А про тапки? Хочу сказку про тапки! — весело заявила я.
— Ну хорошо. Про тапки так про тапки. Слушай! — сказал Улле.   
И я приготовилась записывать новую сказку.
 
 Жили-были тапки

       «Жили-были тапки... Хорошие такие уличные тапочки. Одни тапки были большие, а другие маленькие. Жили они в прихожей, на полочке. И когда их хозяева шли гулять, они брали их с собой. Маленькие тапки никогда одни на улицу не выходили. Их брали только вместе с Большими. А вот Большие выходили одни, иногда надолго. И тогда Маленькие тапочки начинали скучать. Зато как они радовались, когда шагали по улице вместе! Большие тапки шли широким неспешным шагом. А Маленькие иногда семенили, чтобы не отстать, а иногда даже пускались вприпрыжку. Большие тапки не любили торопиться. А Маленькие очень любили побегать. Особенно по травке. А ещё они мечтали забраться в самую большую лужу и от души потопать, чтобы брызги летели во все стороны! Но Большие тапки строго следили за ними и заставляли лужи обходить стороной. Нагулявшись, тапки возвращались домой. Они поднимались по лестнице, приговаривая: “ТОП-топ-топ, ТОП-топ-топ”. Принимали душ и ложились отдыхать на полочку для обуви.
       Однажды хозяева взяли их играть в футбол. Вот это была игра! Тапки носились по траве со скоростью ветра. Каждый норовил посильнее ударить по мячу, забить гол! И когда им это удавалось, они очень гордились. Особенно правые тапки. Они приписывали себе этот успех. Потому что именно они били по мячу! Но левые тапки не сдавались — ведь это они так быстро бежали и не упустили мяч! Счёт был ничейный. И Маленькие тапки решили победить во что бы то ни стало! Они так быстро понеслись по футбольному полю, что не заметили небольшую кочку. Правая тапка с разбега зацепилась за неё, и... БАХ!!! Левая тапка кубарем полетела в сторону, а правая... Правая получила травму — у нее оторвался ремешок! Игра закончилась, и тапки, прихрамывая, грустно поплелись домой.
         Но дома хозяин Больших тапок взял большую иглу, крепкую нить и пришил порвавшийся ремешок. Да так, что почти ничего не было заметно! Тапки очень обрадовались. Вымылись в ведре и легли спать.
       Маленькие тапки слегка вздрагивали во сне, вспоминая большую иглу, которой их зашивали. А Большие — вздыхали и улыбались сквозь сон. Им снился футбол...»
       На последних словах Улле зевнул и потёр глаза.
— Э-э-э… Да ты совсем спишь, — сказала я, вставая из-за стола.
И мы пошли в дом. И уже засыпая, я услышала, что по крыше застучали частые капли дождя. «Грибной. Надо в лес сходить. За грибами». — Подумала я и уснула.            
 
Глава третья       В лесу
 
       Утро началось в шесть часов. Наскоро выпив кофе с бутербродами, мы с Улле начали собираться в поход за грибами. Я взяла большую плетёную корзинку, нож, с которым всегда хожу в лес. Надела на плечи рюкзак, в котором лежали бутылка с водой и бутерброды. Туда же забрался хитроумный Улле. До леса он решил доехать в моём рюкзаке. И мы отправились в лес.  В гости к грибам.
       Утро было чудесным. Лес радовал своими ароматами. Пахло сосновой смолой, цветами, утренней свежестью. Голубоглазый цикорий приветливо улыбнулся мне на повороте... Солнце только что взошло и ещё не успело высушить росу. Оно играло с плывущими по небу облаками, то появляясь, то исчезая в них. И от этого по кустам, по траве, по ветвям деревьев прыгали весёлые солнечные зайчики.
        Улле, сидя в рюкзаке, декламировал стихи собственного сочинения:
«Утро красит нежным цветом
Все поля, луга, леса...
Просыпается с рассветом
Деревенская краса!»
        Мне показалось, что где-то я это уже слышала… Я шагала по лесной дороге, наслаждаясь лесными красотами. Зайдя в глубину леса, сняла рюкзак и помогла Улле выбраться из него. И мы начали искать грибы. С лисичками подружились сразу, они попадались целыми рыжими семейками. Белые встретились только два, оба были крепкими и чистыми. По секрету белые грибы рассказали Улле, что остальные их грибные братья ушли в Петербург. На заработки. Хочется же и мир посмотреть (в смысле — лес), и себя показать… Маслята преследовали нас всю дорогу. Бежали сзади, кричали и махали шляпками. Но…  Многие из них оказались червивыми. И нам пришлось расстаться. Самыми весёлыми и озорными оказались сыроежки. Они бойко переговаривались с Улле на своём грибном языке. А одна из них, в ярко-жёлтой шляпке, смело запрыгнула в мою корзину. И мы взяли её с собой, наградив за храбрость берёзовым листком.
       Грибов мы набрали не очень много, но прогулкой всё равно остались очень довольны.
— Здесь просто сказочные места. Я даже на ходу сочинил новую сказку, — сказал Улле.
       Усталые и довольные, мы вернулись на дачу. Пообедали и уселись на террасе. Я чистила грибы, а Улле рассказывал новую сказку.
Грибная сказка
       «В некотором лесном царстве, грибном государстве у мамы Сыроежки и папы Маслёнка в пятницу…  Да-да! Именно в пятницу, а не в четверг! После дождя родился сынок Моховичок.
       Был он малюсенький, как пуговка, и тихонько сидел под осиновым листочком. Страшновато ему было. Вокруг трава до небес, огромные цветы Ромашки возвышаются. На брусничных кустах целые грозди красных шаров висят. Того и гляди оторвётся такой шар и на шляпку упадёт. А тут ещё и грибные червячки того и гляди пробуравят нежную грибную ножку!
Но папа и мама острыми сосновыми хвоинками отгоняли червячков от Моховичка. И он рос крепким и здоровым грибком...
       Вскоре ему уже не хотелось прятаться под листиком. И он, отодвинув его в сторону, гордо выпрямился в густой траве. Его жёлтая шляпка светилась, как солнышко. Мама Сыроежка испугалась!  
"Ну что ты делаешь? — в ужасе закричала она. — Ведь тебя первый грибник сцапает! А ты ещё совсем ребёнок!"
Папа Маслёнок, кряхтя и охая, старательно завалил Моховичка хвойными иголками. И вовремя! Потому что на соседней сосне появилась Белка, она готовила запасы на зиму. И собирала грибы, чтобы наколоть их на сучок и засушить. Белка увидела в траве папу Маслёнка.
"Прекрасно! Будет чем бельчат накормить в холодную зимнюю пору», —  подумала она. Спрыгнула на землю и утащила Маслёнка на свою высокую
 сосну...
       Время шло, Моховичок рос без отца. Вот он разбросал хвойные иголки, которые скрывали его жёлтую шляпку, и опять стал виден всем вокруг.
Мама Сыроежка, оберегая своего сыночка, укрыла его тёплым одеялом из мха. В это время мимо топал Ёжик. Он сопел своим длинным носом,  
выискивая что-нибудь вкусненькое. Увидев Сыроежку, фыркнул и, наколов её на свои иголки, отправился дальше.
       Но ничего этого Моховичок не видел. Ведь он был укрыт мхом!
Под моховым одеялом было душно и жарко. Хотелось пить. Мечталось о большом дожде. И вот он услышал, как зашумели деревья, как первые капли упали на землю. Начался большой дождь, он напоил лесные цветы, траву.
       Кусты и деревья расправили свою блестевшую от воды листву. Ветер шевелил их кроны, и с них ручьями стекала вода. Земля пропиталась влагой и напоила Моховичка. И тут он почувствовал, что растёт!
Ножка его стала длиннее, шляпка пробила плотный мох. И вот он встал во всей своей красе на лесной полянке. И понял, что он уже не Моховичок, а настоящий взрослый гриб, как его отец!
К тому времени дождь кончился, и в лесу появились грибники. По тропинке на поляну, где рос Моховик, вышла девочка в жёлтой косынке. В руках у неё была корзинка, из которой выглядывали разноцветные шапочки грибов. Корзинка была уже полна.
       Девочка сразу увидела Моховичка. И, всплеснув руками, воскликнула:
— Смотрите! Какой замечательный гриб! У него тоже жёлтая косыночка, как и у меня!
Моховичок так красиво стоял на своей поляне, что девочка захотела сфотографировать его.
— Ты самый солнечный грибок! — сказала она. — Я не буду тебя срывать! Ты так украшаешь эту полянку!
        Сидящая на сосне сорока от удивления раскрыла клюв, а девочка пошла дальше. Моховичок остался на поляне и жил там до самой старости. А у девочки дома, на стене, в рамке висел его портрет!..»
         Грибная сказка закончилась. Я дочистила грибы и пошла варить суп.
А Улле сидел на террасе и учил буквы. Он очень хотел научиться читать.
 
  Глава четвёртая      Во саду ли, в огороде…   
 
        Несколько дней прошли в огородных хлопотах. Погода стояла жаркая.  Улле сидел в своем тенистом убежище под сосной и сочинял новые сказки. Я работала в теплице. Мой знакомый шмель Роберт был уже там и усердно жужжал над каждым бутончиком. Пушистый и толстый Роберт помогает
мне выращивать помидоры и перцы. Он старательно облетает весь парник, собирает пыльцу и опыляет цветки томатов. Роберт очень не любит фотографироваться. И сегодня, наверное, минут десять я гонялась за ним по всей теплице, чтобы сфотографировать его. А он скромно прятался в помидорных зарослях…
       Выполнив сегодняшнее задание в теплице, мы вместе с Робертом решили отдохнуть. Он улетел домой, а я села на скамеечку в тени. Ко мне присоединился Улле.
— Ты знаешь, я выучил почти все буквы алфавита! — похвастался он.
— Вот и молодец. Быстро ты освоил азбуку. Теперь учись слоги складывать. А потом — слова.
— А ещё я сегодня сочинил три сказки про огород.
— Ничего себе! Целых три? Как ты всё успеваешь? Молодец! Рассказывай скорее!
— Хорошо. Слушай.
И Улле, усевшись рядом со мной на травке, принялся рассказывать.
 
                                         Огородная сказка

       «Солнце медленно вставало из-за леса. Первые его лучи осветили небо. Птицы распевали на все лады, радуясь золотому свету. Вот Солнце уже показалось во всей красе и принялось хозяйничать. Расправило листья на берёзках, отогнало ночные тени, подсушило утреннюю росу. Улыбнулось полевым цветам и направило самые тёплые лучи на маленький домик у речки и небольшой огород возле него. Там, на грядках, в зарослях листьев, ещё влажных от росы, как под пушистым зелёным одеялом, сладко спали три Кабачка. Как ни странно, но они были разного цвета. Один жёлтый, другой белый, а третий вообще зелёный в полосочку.
       Лукавое Солнце пробралось сквозь листву и защекотало их своими лучами.
— А-а-апчхи! — проснувшись первым, чихнул Зелёный Кабачок. Оглядевшись вокруг, увидел спящих собратьев, громко крикнул: — Грядка, подъём!
Лежащий рядом Белый даже не шелохнулся, а Жёлтый сквозь дрёму проворчал:
— Опять Цукеша побудку, как на корабле, устроил! Ну сколько говорить: мы не матросы! И что ему неймётся?
— Ты же знаешь, что наша хозяйка сказала, что он родился в этой, как её там?
— В рубашке?
— Да не в рубашке, а в тельняшке! Вот теперь он и командует! — сладко зевая, ответил Белый.
       Между тем солнце поднималась всё выше, и на соседних грядках зашевелились, просыпаясь, другие овощи. Капуста раскинула свои сочные листья, принимая солнечную ванну. Лук делал утреннюю зарядку и тянул зелёные стрелы прямо в небо. На клумбе Ромашки и Незабудки умывали росой свои лепестки. Огурцы, выглядывая из теплицы, качались на длинных плетях, как на турниках. А огромная Тыква, занявшая полгрядки, солнечно улыбалась всем и, покачивая листьями, говорила: "С добрым утром!" Она была уже очень толстой, и ей трудно было делать зарядку.
       Из домика вышла хозяйка и начала поливать огород. Все овощи дружно принялись за завтрак. Каждый старался как следует напитаться живительной влагой, чтобы вырасти побольше и посочнее!
        Завтрак окончен. Пора и за работу.
       Огурцы принялись растить свои усики. Морковка отмахивалась ботвой от вредной мошки. Помидоры загорали на солнышке, подставляя ему розовеющие бока. А Чеснок усердно раздвигал землю. Ему было тесно. Он рос. Прилетели Пчёлы, и все растения подставляли им свои цветы, чтобы они могли опылить их. Все были заняты делом...
       И тут в тишине послышался голос Горького Перца: «Вот растём мы, растём... А для чего, спрашивается? Чтобы в один не очень прекрасный момент нас собрали?! А я не согласен! Я не хочу! Это несправедливо!» И Перец, заломив свои тонкие ещё зелёные стручки, разрыдался горькими слезами. На грядках наступила полная тишина. Даже Пчёлы перестали жужжать. Все с удивлением уставились на Перца.
Первой подала свой голос Картошка:
— Не знаю, как вы, но я горжусь тем, что кормлю людей! Недаром меня называют вторым хлебом!
— Мы ведь овощи! Это наша работа! — поддержали Картошку Огурцы.
— Для чего же тогда расти? Созреть и сгнить на грядке? — воскликнула Свёкла и потемнела от негодования.
       Овощи одобрительно зашумели:
— Мы все растём для людей! Да, когда мы созреем, нас соберут и съедят. Но какие питательные блюда из нас будут радовать всех своим вкусом и пользой!
— Без меня не бывает "селёдки под шубой!" — снова выступила Свёкла с гордостью.
— А меня заквасят и будут есть всю зиму да нахваливать, – вторила ей Капуста.
— Да что вы говорите! Каша из меня — самая полезная! — воскликнула Тыква.
Лук провозгласил: — А я вообще целебный! Во мне много полезных витаминов!!!
Ну а Картошка с Огурцами и вовсе развеселились:
— Ни один праздничный стол без нас не обойдётся!
Услышав эти слова, Горький Перец расстроился ещё больше.
 «А какое же блюдо из меня могут приготовить? Ведь я же — Горький!!!» И он зарыдал ещё пуще. Тут в диалог вступили Помидоры:
— Было бы из-за чего расстраиваться! Да из нас и тебя хозяйка такую аджику сделает — пальчики оближешь. Вот только Хрен ещё надо с собой позвать!
Перец перестал рыдать, задумался и спросил:
— Так, значит, в этом смысл моей жизни? Я тоже смогу принести пользу?
— Ну конечно! — дружно ответили овощи.
Перец вытер остатки слёз и слегка покраснел. Ему стало стыдно за своё поведение.
       А между тем Солнце уже клонилось ко сну и ласково гладило всех своими закатными лучами. Овощи успокоились и легли спать — нужно хорошенько набраться сил. Ведь завтра будет новый день, а им нужно расти, зреть, становиться полезными и вкусными!»
Луковая сказка

       В один прекрасный день в самом центре огорода, на грядке с луком, происходило что-то невероятное! Все овощи собрались в кружок, а в центре сидел самый большой Лук и громко возмущался.
— “Чиполлино, Чиполлино!” — сколько можно называть меня по-итальянски   и сказки обо мне рассказывать? Я, между прочим, Русский Лук! ЛУК!!! Ведь в старину так называлось оружие, стреляющее острыми стрелами! А у меня что? Хуже? Вон какие длинные, сочные, зелёные стрелы-перья я вырастил! Так что я практически Боевой Лук! И то сказать, я же просто незаменим! Нет такой хозяйки, которая бы без меня готовила! В магазинах меня просто мешками скупают. Да-да, я очень популярен в кулинарии! Меня и в борщ, и в картошку с грибами, и в салат добавляют! Мало того, я ещё очень знаменит! Сколько поговорок обо мне придумано?! Вот, пожалуйста: “Лук от семи недуг”, “Лук да баня всё правят”, “Лук добр и в бою, и во щах”. Всё правильно сказано. Ведь я такой вкусный и полезный! Сколько во мне витамина “Це”!  А полезные фитонциды? Да я один могу ОРЗ вылечить без всяких докторов!
       Гордо подбоченившись, вещал Лук и как будто стрелял словами. Отчего у собравшихся вокруг овощей потекли слёзы.
И тут послышался голос Луковки. Это была его подружка по прозвищу “Чиполушка”:
— Ну расхвастался! А что ж не вспомнил, какую загадку про тебя сочинили: “Кто его раздевает, тот слёзы проливает!” И то правда. Я с тобой рядом на грядке сижу и от слёз не просыхаю!
Нисколько не смутившись, он отвечал:
— Так острота и едкость и есть моё главное оружие от всех болезней! Я самый...
       Но он не успел договорить, потому что к грядке подошла хозяйка огорода. Она услышала хвастливую речь Лука, взяла его за зелёную косичку и выдернула из грядки.
— Что-то от тебя шума слишком много. Видно, ты уже окончательно созрел, — решила она. — Раз ты такой вкусный и полезный, добавлю-ка я тебя в салат!
       Сидевшая на старой березе Сорока сказала своим маленьким сорочатам:
— Чем хвалился, на том и провалился. Ну и что же, что ты самый полезный, самый лучший. Не вредно иногда и поскромнее быть...
 
 На ярмарку

        В погребе было темно, прохладно и тихо. В ящике дремала Картошка, с потолка в больших сетках свисали капустные Кочаны. В углу в дубовой бочке нежились Рыжики и Грузди, а в кадке томилась Квашеная Капуста.
А на полках стояли всевозможные банки. Чего тут только не было! Огурцы солёные, Помидоры маринованные, разнообразные салаты. А уж варенья и компоты — всех цветов радуги! Хозяйка этого погреба была большая мастерица готовить!
       Время было вечернее, но спать ещё никто не хотел. Всем было скучно. Даже мышь Нюрка, которая обычно приходила по вечерам проверить, не положил ли хозяин кусочек сальца, ушла на день рождения к своей подруге на мельницу...
— Если бы здесь было светло, то вы все увидели бы, как красиво мы лежим в банке! — нарушили тишину Помидоры.
— А мы что, хуже? — возмутились Огурцы. — Мы такие зелёные и хрустящие, и все в пупырышках! Нас хозяин просто обожает! Особенно по праздникам. А уж после праздников даже рассол пьёт! Иногда...
— Ну подумаешь — рассол! Праздники-то не каждый день! — вступила в разговор Свёкла. — А из меня хозяйка завтра борщ будет варить!
— И меня, и меня возьмут в борщ! — высунувшись из своего ведра с песком, подхватила Морковка.
Капустные Кочаны надулись от возмущения: «Какой же борщ без капусты?»
— Интересно, а почему это варенье в банках молчит? — удивилась Морковка.
— Так оно говорить не может. Оно же ВАРЁНОЕ! — разъяснила Репка.
       Овощи долго спорили, перебивая друг друга, — из кого какое блюдо вкуснее. И только Картошка, щуря свои синие глазки, хитро улыбалась да помалкивала. Она-то знала, что ни один стол без неё не обойдётся!
— Да все мы хороши! — примирительно высказался Лук. — И вкусны, и полезны, и красивы! Только жаль, что кроме наших хозяев этого никто не узнает и никто не увидит, какие мы спелые, сочные и красивые! — грустно закончил он.
И тут из кадки подали голос Грузди:
 — А мы кое-что знаем!
— У нас есть новость!
— Интересная и важная!
— Вот!
Лихо сдвинув свои шапочки набекрень, хвастливо выкрикивали они.
— Новость? Интересная?! И вы до сих пор молчите?!! — возмутились все.
— А ну выкладывайте свою новость! — и все затаили дыхание. Только Квашеная Капуста от волнения нечаянно булькнула.
       Грузди разворошили хреновые и смородиновые листочки и выскочили на самый край кадки.
— А знаете ли вы, что в субботу будет ярмарка? — хитро прищурясь, спросили они.
— Нет! — хором ответили обитатели погреба.
— Ярмарка? А что это такое? — спросила большая Тыква.
— Ярмарка — это место, куда хозяева привозят самые лучшие овощи и фрукты, — вдруг сказала Картошка.
— А зачем это им? — удивились все.
— Они так друг с другом соревнуются. У кого самый лучший урожай — значит, тот самый лучший хозяин. И ему вручат большую медаль! — ответила Картошка.
И тут Грузди наконец-то смогли досказать свою важную новость.
— Так ведь наши хозяева тоже участвуют в этой ярмарке!
— Как? Значит, и мы тоже туда поедем? — Все загалдели, перебивая друг друга.
Да... Вот это была новость так новость! Всем стало понятно, что на ярмарку
поедут только самые лучшие. И все стали тщательно готовиться. Потому что всем хотелось попасть на ярмарку. Других посмотреть и себя показать!
       Прошло два дня. Наступила суббота. Рано утром хозяин, одетый, по случаю праздника, в новенький костюм и шляпу, запряг лошадь Раду в большую повозку и, спустившись в погреб, огляделся.
       В погребе царил идеальный порядок. Крупная сухая Картошка подмигивала ему своими синими глазками. Помидоры смущённо краснели.
Огурцы в банках вытянулись в струнку. Тыква свисала с полки своими широкими боками, как будто хотела упасть прямо в руки. Смуглая, как будто от загара, Свёкла была неотразима. А Грибы и Квашеная Капуста источали вкуснейший аромат, от которого просто слюнки текли. Им очень хотелось
попасть на Ярмарку! Хозяин сдвинул шляпу на затылок и принялся грузить всех в повозку...
      Ярмарка встретила их многоголосым шумом. Повсюду гремела весёлая
музыка. Слышались выкрики торговцев, расхваливающих свой товар. Их перекрывали смех и визг детей, катающихся на каруселях. В центре ярмарочной площади плясали скоморохи...
       Хозяин остановился в овощном ряду и принялся раскладывать свой товар на прилавке. По рядам туда и сюда ходили люди. Они старались выбрать всё самое лучшее. И, конечно, пройти мимо овощей, которые привёз на ярмарку хозяин, было невозможно.
— Ах, какая потрясающая тыква! — воскликнула одна дама. И, похлопав ладошкой по тыквенному боку, щедро расплатилась с хозяином. Тыква тут же перекочевала в большую корзинку, которую нёс за дамой долговязый мальчик.
       Картошку, морковку и свёклу разобрали так быстро, что хозяин едва успевал считать деньги и подносить к прилавку мешки. А две молодые хозяйки в пёстрых шалях едва не подрались из-за груздей и рыжиков. В общем, торговля шла бойко. И очень скоро на повозке хозяина ничего не осталось. Оказалось, что он продал свой товар быстрее всех!
       А на этой ярмарке было правило: тот, кто быстрее всех продаёт свой урожай, становится победителем. Значит, его овощи — самые лучшие. И ему вручат Большую Медаль Победителя. Что и случилось с нашим хозяином.
       На радостях он купил себе новые сапоги, а жене большую шаль с кистями. “Славный нынче урожай мы с женой вырастили! Не зря трудились в поле от зари до зари. Вон сколько людей сегодня накормили. Будут они зимой полезные витамины есть да нас добрым словом вспоминать…” —  возвращаясь домой, довольно думал он. И на душе его было радостно.
       Потому что приносить другим пользу — всегда радость!
 
 
                                              Глава пятая
                                                 Детская
 
       Неделю назад, ещё до появления Улле, на мой участок приходили местные мальчишки. Я была в доме. Дверь на террасу была открыта. И я услышала, что кто-то со мной здоровается. Я вышла на террасу и увидела возле дома мальчугана лет шести. Немного поодаль стоял ещё один, помладше. Оба были с выгоревшими за лето на солнце волосами и поэтому похожи на белоголовые одуванчики. Старший ещё раз поздоровался и сказал: «Я — Вова. А это мой друг Семён. А мальчики у вас здесь есть?»
        Я ответила, что есть, но очень взрослый. Тогда Вова развернулся и, что-то бормоча себе под нос, пошёл в сторону Семёна.
«Ребята, хотите пряников?» — спросила я. Они тут же очутились возле крыльца. Пока я ходила за пряниками, они уже поднялись на террасу.
       На тарелке лежали четыре пряника. Первым стал угощаться Семён. Взял скромно один. Я сказала, что можно взять по два, и он с радостью ухватил второй пряник. Угостился и Вова. С достоинством сказав «Спасибо», мальчишки ушли. Целую неделю их не было видно.
       Погода уже несколько дней была солнечная, и я решила покрасить террасу. День был жаркий. Я работала с удовольствием. Краска ложилась ровно, настроение было хорошее. И тут как раз появился Вова.
— Привет, — сказал он мне, — красишь?
— Крашу, — ответила я.
— Муж уехал?
— Да у меня мужа-то и нет, — говорю.
— А кто есть?
— Сын есть.
— Уехал?
— Да, — отвечаю, — уехал.
Вова поинтересовался — куда. Я сказала, что сын поехал домой, в Санкт-Петербург.
— А это далеко? Долго ехать?
       Мы ещё немного поговорили о дальних расстояниях. Видя мои руки в перчатках, заляпанные краской, он сказал: «Липнется. Не стоит трогать?»  Ему, видимо, хотелось прикоснуться к свежевыкрашенной снежно-белой поверхности.
— А ты долго ещё будешь красить? — деловито поинтересовался Вова.
— Да прилично ещё. А что?
— Да я хотел пряничка попросить. Вкусные были.
— Вот незадача, Вова. А пряников-то и нет!
— Съели?
— Съели, — говорю, — а в магазин я сегодня и не ходила!
Вова слегка загрустил... И тут я вспомнила, что у меня есть маленький кулёчек с конфетами “Батончики”.
— Слушай, а конфеты будешь? — спрашиваю.
Ответ был, естественно, утвердительный. Я принесла конфеты. Он взял их, сказал «спасибо» и уверенной походкой большого человека отправился восвояси...
«Завтра пойду в магазин», — сказала я себе и снова принялась красить доски террасы.
       Улле, как всегда, прятался под сосной. И когда Вова ушёл, он вылез из своего укрытия и сказал:
— Смешной какой мальчик. И конфеты любит. Прямо как я.
— А я думала, что ты про него мне сказку расскажешь, – улыбнулась я, докрашивая перила.
— А вот и не угадала. Я тебе сегодня расскажу сказку не про мальчика, а про девочку. Даже про двух!
— Идёт! — сказала я. — Только я сейчас руки помою и чайник поставлю.
 
                             Цветные стёклышки
       «Тошка сидела на кровати и жмурилась от яркого солнца. А оно, не жалея сил, светило сквозь занавески прямо в лицо девочки. Ласковыми лучиками погладило россыпи веснушек. Пощекотало смешной курносый нос. Запуталось в светлых колечках кудряшек. Как будто рисовало Тошкин портрет.
       Тошка тряхнула головой, прогоняя остатки сна. Вскочила и подбежала к окну. Лето было в самом разгаре. Зелёные кусты сирени во дворе, как высокой изгородью, обрамляли детскую площадку, скрывая её от городской уличной суеты. Когда Тошка там гуляла, ей казалось, что она попадала в какое-то сказочное зелёное царство.
       Возле площадки на большой круглой клумбе росли цветы. За ними ухаживала бабушка Фая из тридцатой квартиры. Каких только цветов там не было! Голубые незабудки, белые флоксы, жёлтые бархатцы, синие колокольчики, разноцветные пёстрые астры. От клумбы исходил приятный аромат, особенно после дождя. Над цветами кружились пчёлы и толстые медлительные шмели. Когда они садились на цветок, можно было даже тихонечко потрогать их мохнатое тельце, а они были так увлечены сбором пыльцы, что даже не замечали этого. Возле клумбы всегда было приятно играть. Рядом, в тени большого куста, стояла длинная скамейка.
       Когда Тошка сидела на ней, в голову приходили самые хорошие мысли.
Но больше всего девочка любила играть в свои разноцветные стёклышки. Она собирала их очень долго, и их было уже достаточно много. Некоторые она нашла на улице, а остальные были из старого калейдоскопа.
       Когда Тошка была совсем маленькой, она смотрела и поражалась его удивительным, разноцветным, постоянно меняющимся узорам. Но калейдоскоп сломался. Сама трубочка куда-то затерялась, а разноцветные, блестящие, радужные стёклышки сохранились и радовали Тошку. Они лежали дома на тумбочке, в жестяной коробке из-под чая. И девочка каждый день открывала коробку и любовалась своими сокровищами.
       Выходя на улицу, Тошка любила рассматривать разные предметы через эти стёклышки. Это было очень забавно и напоминало калейдоскоп. Вот идёт, к примеру, соседка со второго этажа, на ней невзрачное серое платье.
Тошка брала красное стёклышко — и тут же соседка щеголяла в ярко-красном наряде. А вот бабушка Фая вышла поливать цветы. Тошка доставала жёлтое стеклышко — бабушка Фая и цветы начинали светиться солнечным светом.  Или бежит соседский мальчишка, грубиян и задира Вовка. Совсем недавно они с ним чуть не подрались, потому что он дразнился и кричал на весь двор: “Тошка-картошка!”  Наведя на него синее стёклышко, Тошка покатывалась от смеха: “Ха-ха-ха! Вовка посинел! Синий Вовка! Вовка — баклажан!”
       И стена дома, деревья, облака — всё сразу становилось неузнаваемым. Ярким, весёлым, сказочным…
       А как интересно было делать “секретики” из этих удивительных стёклышек! Тошка пролезала в самую гущу кустов, копала маленькую ямку. На дно нужно было обязательно положить конфетный фантик, сверху красивую травинку, пуговицу или бусинку, листочек и цветок. Потом вся эта красота накрывалась цветным стёклышком и зарывалась землёй. А на следующий день нужно было непременно навестить “секретик”!  Разрыть, полюбоваться на него, а потом обратно зарыть. Все девочки их двора делали “секретики” и потом показывали их друг другу. Конечно, под большим секретом! А потом они любили, сидя на волшебной скамейке, вместе рассматривать облака в разноцветные стёклышки и мечтать...
       Сейчас на скамейке сидела незнакомая девочка. Она показалась Тошке очень худенькой и маленькой. Её бледное лицо было печальным, глаза равнодушно смотрели прямо перед собой. Она как будто не видела ничего вокруг.
       И тут Тошка вспомнила, что несколько дней назад в их доме поселились новые жильцы. Они приехали вечером. Из машины вышла женщина, одетая в тёмное платье, с чёрным платком на голове. Она поставила на землю небольшой чемодан и осмотрела двор. А рядом с ней стояла как раз эта самая девочка. За плечами у неё висел небольшой рюкзачок. Женщина что-то сказала девочке, и они скрылись в соседнем подъезде...
       И вот сейчас эта девочка сидела на любимой Тошкиной скамейке. Тошку разобрало любопытство. Она быстро умылась, почистила зубы. И, наскоро выпив стакан молока, оставленный на столе матерью, почти кубарем скатилась вниз по лестнице.
       Выйдя во двор, она направилась прямо к сидящей на скамейке девочке.
— Здравствуй. Меня зовут Тошка. Я живу в этом доме. Во-о-он мой балкон. Я люблю мороженое, кошек и рисовать. А как зовут тебя? — приблизившись,     с улыбкой произнесла она.
— Галя, — коротко ответила девочка, взглянув на Тошку грустными карими глазами. Она слегка подвинулась к краю скамейки, как бы приглашая Тошку сесть рядом.
Тошка присела на скамейку рядом с девочкой. И тут вдруг увидела в руках Гали альбом для рисования.
— Ой, ты тоже любишь рисовать! — радостно воскликнула она. — А можно посмотреть твои рисунки?
Немного помедлив, девочка несмело протянула Тошке альбом. Он весь был полон рисунками. Но что это были за рисунки!
       Тошка оторопела, рассматривая изрисованные серым и чёрным карандашами листы. Небо на рисунках стального цвета, солнца не было вообще. На одном рисунке горел дом и люди разбегались в разные стороны, а некоторые почему-то лежали на земле. Всё было мрачным и унылым. Люди были маленькие и почему-то прятались в какие-то тёмные подземелья.
Тошке стало страшно и хотелось заплакать.
Но, удержавшись от слёз, она рассматривала альбом молча. Закрыв последнюю страничку, даже не знала, что сказать.
И вдруг спросила:
— У тебя нет цветных карандашей, Галя? Хочешь, я подарю тебе. У меня есть! Много!
— Не нужно. Спасибо, Тошка, — ответила Галя, — я всё равно не смогу ими рисовать.
— Почему? — Тошка с недоумением смотрела на Галю. А та спокойно и даже как-то равнодушно сказала:
— Я не вижу цвета. После того как сгорел наш дом, мне всё кажется бесцветным.
Тошка растерялась. Она вдруг увидела в глазах своей новой подружки затаённый страх. Наверное, этот страх мешал Гале видеть цвета. Тошка не знала, что говорить. Расспрашивать Галю она не стала. Она почувствовала своим маленьким сердцем, что у Гали случилась беда. Но душа её не могла согласится с несправедливостью этой беды. И ещё она решила, что обязательно должна помочь Гале.
       Прошло несколько дней. Тошка никак не могла успокоиться. Из головы не выходили страшные рисунки Гали.
“Как же ей помочь?” — думала девочка, сидя на своей любимой скамейке. И тут во двор вышла бабушка Фая. Она подошла к клумбе, чтобы полить любимые цветы. Увидела непривычно притихшую Тошку, забеспокоилась и спросила:
— Что это с тобой? Ты не захворала? Я тебя просто не узнаю!
И Тошка, не выдержав, рассказала доброй старушке о девочке Гале и её беде. Бабушка Фая присела на скамейку рядом и задумалась. А потом таинственным шёпотом сказала на ухо Тошке:
— Я попробую помочь. Но мне для этого нужны твои цветные стёклышки!       Тебе не жалко будет расстаться с ними? — И она внимательно посмотрела на девочку.
— Мне очень хочется помочь Гале! Мне для неё даже моих любимых
стёклышек не жалко! — воскликнула обрадованная  Тошка.
— А знаешь, что? Приходите-ка завтра вместе с Галей ко мне. Я вас чаем угощу, — сказала бабушка Фая. — И не забудь свои цветные стёклышки!
— Хорошо, — ответила Тошка.
       На следующий день она взяла коробку с цветными стёклышками и отправилась за Галей. Галя очень удивилась и сначала не хотела идти в гости к незнакомой бабушке. Но Галина мама, наоборот, очень обрадовалась.
— Иди-иди, доченька, — ласково погладив её по голове, сказала она.
       Подойдя к тридцатой квартире, девочки позвонили в дверь. Послышались шаги, дверь распахнулась, и... Дети увидели на пороге бабушку Фаю. Но что это? Она была совсем не похожа на себя!
На ней было длинное серебристое платье, на руках — красивые браслеты, а голову украшала чалма алого цвета. Ого! Это была уже совсем не бабушка!
Тошка онемела от восторга. А Галя даже немного испугалась.
— Ну, что застыли? Проходите скорее! Чай стынет! — весело сказала неузнаваемая бабушка Фая.
       Девочки вошли и, снимая в прихожей сандалии, почувствовали аромат свежеиспечённого пирога. Тошка даже облизнулась. Она так волновалась и торопилась, что не успела позавтракать.
— Пожалуйте к столу! — торжественно пригласила их бабушка Фая.
В большой светлой комнате стоял огромный стол, накрытый белоснежной скатертью. Прямо посередине стола возвышался большой самовар с маленьким чайничком наверху. Рядом расположились чашки, блюдце с лимонными дольками, вазочка с сахаром и конфетами “Коровка” и, самое главное — огромное блюдо! На нём лежал румяный, горячий яблочный пирог.  Тошка даже зажмурилась, представляя, как она будет есть этот удивительный пирог. Она посмотрела на Галю.
Девочка стояла посреди комнаты и переводила ошарашенный взгляд с бабушки Фаи на самовар, с самовара на пирог. И Тошке показалось, что глаза её заблестели.
       Наконец все уселись за стол. Бабушка Фая разливала чай. От него шёл аромат малины, мяты, корицы и каких-то неведомых трав. Девочки с аппетитом ели пирог и запивали чаем с ломтиком лимона. И тут только они заметили, что стены комнаты оклеены  какими-то необычными обоями.
— Бабушка Фая, а что это у вас такое? Газеты какие-то? — поинтересовалась Тошка.
— И вовсе не газеты! — возразила бабушка Фая. — Это афиши. Ведь я  артистка цирка!
Тошка от неожиданности чуть не подавилась пирогом. А Галя сначала замерла с открытым ртом, а потом вдруг спросила:
 — А кем же вы были в цирке?
— Как, неужели вы не слышали о единственной в мире женщине-фокуснице  Фаине Мио?
Девочки отрицательно покачали головой. А Галя сказала:
— А я в цирке ни разу не была. Я только по телевизору видела. Давно...
— Ну, это не проблема. Мы всё исправим. Сейчас мы с вами будем играть в цирк! — провозгласила бывшая Фаина Мио, а теперешняя бабушка Фая.
У Тошки загорелись глаза. Она наконец-то справилась с пирогом и, запив его чаем, спросила:
— Это как это?
— Да очень просто! Я сейчас буду артисткой цирка, а вы — зрителями.
       Бабушка Фая встала из-за стола и скрылась за ширмой с китайскими драконами. Через минуту она выкатила оттуда небольшой столик на колёсах, зажгла свечи, включила музыку, и представление началось!
       Фаина Мио жонглировала маленькими и большими шариками, разрезала верёвку на кусочки, которая, как потом оказалось, оставалась целой.
Из малюсенькой коробочки на свет появился целый ворох разноцветных платочков! 
       Тошка хлопала в ладоши и хохотала. А Галя от удивления и восторга замерла и заворожённо смотрела на все эти удивительные фокусы. И Тошка с радостью заметила, что в глазах Гали больше не было страха!
       Тут бабушка Фая приоткрыла дверь в другую комнату, и оттуда вышел большой пушистый рыжий кот. Тошка даже взвизгнула от счастья. Она очень любила кошек.
       Кот важно прошёлся по комнате, как будто не замечая никого, и запрыгнул на стул. Бабушка Фая сказала ему:
—  Василь Василич, почему это вы не здороваетесь с нашими гостями? Это невежливо!
Кот, повернув голову в сторону девочек, взглянул на них огромными зелёными глазами и важно произнес: “Мя-я-у-у-у”.
       Тошка захлопала в ладоши и вдруг увидела, что Галя улыбнулась!
А кот, спрыгнув со стула, прямиком направился к Гале. Подойдя к ней, он выгнул спину и потёрся об ноги девочки. Та невольно протянула руку и прикоснулась к рыжей шёрстке.
— Ой, какой ты мягкий! — сказала Галя, и в голосе её зазвучала радость. И тут Василь Василич лизнул ей руку своим шершавым языком. И Галя вдруг рассмеялась:
 — Щекотно!
— Ну вот и славно! — сказала бабушка Фая, — Тошка, а где твои цветные стёклышки?
Тошка юркнула в прихожую и вернулась с заветной коробкой. Бабушка Фая достала стёклышки, поддержала их в руках, как будто хотела согреть. И положив их обратно, накрыла коробку ярким платком. Девочки, замерев, внимательно следили за ней. В какой-то момент бабушка Фая сдёрнула платок с коробки и открыла крышку. Почему-то Тошке показалось, что в комнате запахло цветами. «Так всегда пахнет от клумбы…» — вдруг подумала она. И в этот момент в руках бабушки Фаи оказались необыкновенные очки.  
Вместо линз у них были... цветные стёклышки из Тошкиной коробки!
— Ой, так это же похоже на мой калейдоскоп! — закричала она.
Бабушка Фая протянула очки Гале:
— Ну-ка примерь!
Девочка взяла очки, надела их и вдруг вскрикнула!
— Что с тобой? — испугалась за подругу Тошка.
— Я... Я вижу цвета!!! — воскликнула девочка. — Ура! Кот — рыжий!
Платок — красный! Лимон — жёлтый!
       Тошка и Галя обнялись и, взявшись за руки, закружились по комнате. Кот Василь спрятался под стол и удивлённо смотрел на смеющихся подружек. Бабушка Фая сидела в большом кресле и хитро улыбалась.
       Девочки наконец-то остановились. Галя подошла к бабушке и спросила:
— Как это у вас получилось? Ведь даже доктора не смогли меня вылечить. И те очки, которые они выписывали, мне не помогли!
А Тошка сказала:
— Бабушка Фая! Ты — ФЕЯ! Ты настоящая Волшебница!!!
       Бабушка Фая обняла Галю, погладила по голове Тошку и сказала:
— Я тут совершенно ни при чём, Тошка. Это всё твои цветные стёклышки. Ведь они — из старинного волшебного калейдоскопа…»
 
— А как ты думаешь, эти стёклышки действительно были волшебными? — закончив сказку, хитро спросил меня гном.
— Я думаю, что всё настоящее волшебство происходит от наших добрых дел, Улле… — задумчиво ответила я.
Мы замолчали. Солнце уже садилось за лес, и с луга тянуло сыростью. Было так тихо и хорошо, что хотелось сидеть ещё долго-долго. И сами собой сложились строчки:
День окончен...
Сяду на крылечко.
Посижу немного в тишине.
И вечерняя заря за речкой
Что-то доброе нашёптывает мне...
 
 
 
                                    Глава шестая
                              Приезд Мирона
 
       …Ну вот и ещё один день завершился. Он был полон радостных событий и приятных хлопот. А впрочем, расскажу всё по порядку.
      Сегодняшнее утро началось с подготовки к приезду гостей. Я ждала приезда сына, он должен был забрать домой варенье и компоты, которые я уже успела заготовить, и самое главное — привезти моего кота Мирона.
       Мирон живет у меня двенадцать лет. Это уже немолодой, достаточно крупный, спокойный и очень умный кот. Когда-то он жил на улице и обладал боевым характером. О его уличных подвигах свидетельствует порванное в драке ухо. Он был грозой всех котов своего двора. А потом попал ко мне и со временем стал более миролюбивым. Может быть, это потому, что мы назвали его Мирон – от слова «мир»?
       Мирон очень любит жить на даче, гулять вечером в густой траве. Прислушиваться к шорохам, ощущать разнообразные запахи, обходя все уголки сада. И, конечно, он любит общаться с соседями. А наши соседи — Алла и Лёша, у них девять котов и кошек. Некоторые их них очень любят приходить в гости к Мирону, а кое-кто даже пытается угоститься из его миски. И Мироша не возражает.
       С утра я готовила обед, протёрла пыль, помыла пол, подготовила гостинцы для внуков, намыла миску Мирона. Улле в своём уголке пытался учить натуральный ряд чисел. Но ему это сегодня плохо удавалось — он немного нервничал. Ему предстояло знакомство с Мироном. Сыну моему он решил пока не показываться на глаза и спрятаться в дальнем углу сада, в кустах чёрной смородины. А вот от Мирона не спрячешься.
       На часах было без четверти двенадцать, когда на участок въехала машина. Гном юркнул за дом, а я поспешила встречать Лёшу и Мирошу. После радостной встречи и расспросов о детях мы стали разгружать машину.
Сын привёз кое-что нужное для дачи. Открыв дверцу машины, я увидела, что на водительском сиденье сидит Мирон. Я рассмеялась: у него был вид заправского водителя.
       Почуяв запах земли, травы, кот осторожно высунулся из машины. Понюхал воздух, огляделся и только потом спрыгнул на землю. Он был
очень рад, что наконец-то из тесной и душной городской квартиры его привезли на свободу. Внешне его радость ничем не выражалась, но он тут же отправился разыскивать самую вкусную и полезную травку. И пока Мирон изображал травоядного кота, мы с сыном решили потрудиться. Он успел немного покосить высоченную траву и соорудил небольшую тепличку под огурцы. А я собирала клубнику и жимолость, чтобы отправить внукам.
       Потом был вкусный и весёлый обед на террасе. Мирон лежал неподалёку и наслаждался дачной атмосферой.
       После обеда сын погрузил всё собранное мной в машину и уехал — ему завтра на работу. Проводив его, я убрала со стола и тут обратила внимание, что Мирона нигде не видно. Кстати, и Улле надо покормить. И я отправилась на поиски кота и гнома. Долго искать не пришлось. Они сидели оба на скамеечке за баней, под большим каштаном, и смотрели, как солнце медленно садится за лес. Я подошла ближе. Было тихо. Только вдалеке, за полем, на своей скрипке скрипел коростель.
— Ну что, познакомились? — с улыбкой спросила я Улле.
— Да. И даже подружились, — ответил гном очень серьёзно. И добавил:
— Мирон очень умный. Я всё объяснил ему. Он так внимательно слушал и ни разу не перебил меня.
— Да, Мирон очень интеллигентный кот, — ответила я. — Ну, что-то я устала сегодня. Хлопот было много. Пойдём-ка пить чай, а потом укладываться спать.
       И мы втроём дружно отправились в дом. Сумерки уже совсем сгустились. Теплом и уютом засветились в темноте окошки соседних домов.
А одинокая звезда в небе с завистью смотрела на нас. Как же ей там холодно в небе... Одной... Бедная звезда!
 
   
Глава седьмая           Улле собирает друзей
                     
       Утро. Почему-то совсем не хочется вставать. Сон не хочет отпускать меня. Но уснуть опять не получается. Что-то мешает. Я приоткрыла глаза и прислушалась. Да, точно. В приоткрытое окно с улицы проникали какие-то звуки. Они, вероятно, и разбудили меня. Я посмотрела на часы. Ого! Почти девять часов. Вот я соня! Срочно встаю!
       И я, стряхнув с себя остатки сна, поднялась и пошла на кухню ставить чайник на плиту. В гостиной, где должны были спать Улле с Мироном, пусто.
«Ничего не понимаю. Куда все подевались?» — удивилась я. И, открыв дверь, вышла на улицу.
       Картина, которую я увидела, озадачила и рассмешила меня. На краю моего участка, посередине небольшого островка земли, заросшего травой, лежал большой гранитный валун. На нём под большим зонтом, который я купила в Волшебной Лавке, в позе рассказчика стоял гном Улле. Рядом сидел Мирон. А вокруг камня, на небольшом расстоянии друг от друга, сидели все девять Аллиных котов и, не отрываясь, смотрели на Улле. Ну просто кошачий симпозиум какой-то.
— С добрым утром, друзья! Чем это вы заняты? — издалека воскликнула я и помахала рукой. Коты отреагировали мгновенно. У каждого появилось срочное дело, которое незамедлительно нужно было завершить. Мирон вопросительно взглянул на меня. Это он тактично намекал, что я долго сплю и что неплохо бы уже и подкрепиться.
А вот Улле был в полном расстройстве.
— Ну вот! Ты распугала моих слушателей! Я только дошёл до самого
интересного! Ужасно обидно!
— Я что-то ничего не поняла. Я распугала? Слушателей? А что здесь вообще происходило? Я видела только соседских котов!
— Видишь ли, я в честь приезда Мирона сочинил новую сказку. И хотел им всем её рассказать. Поэтому они пришли.
— А ты уверен, Улле, что им это интересно?
— Конечно. Ведь эта сказка про них, про их жизнь!
— Да-а-а… Нехорошо получилось. Ну, извини, пожалуйста. Я же не знала, что у вас тут утренние литературные чтения. А знаете, что? Давайте сегодня вечером пригласим их в гости. Я как раз купила новый сухой корм, «Котикус» называется. И поужинаем, и сказку новую послушаем. А я её, кстати, запишу. Договорились?
— О! Это прекрасная идея! — сразу повеселел Улле. А Мирон утвердительно махнул хвостом. На том и порешили.  
       И вот вечером собралась кошачья компания. Коты, похрустывая сухим кормом, расположились в разных углах террасы. Я приготовила блокнот, ручку и большую кружку горячего чая. Мирон забрался на табуретку, чтобы всё видеть, слышать и держать под контролем. И даже домашний паук Аполлинарий спустился на своей паутинке с потолка террасы, чтобы послушать сказку. Все замерли в ожидании, а Улле забрался на перила и с воодушевлением начал свой рассказ.
 
 Как же все-таки хорошо жить на свете…

       «Жорик и Соня сидели на  капоте  хозяйского “Уазика” и молчали. Приближался вечер. Солнце медленно клонилось к закату, тени стали длиннее, с реки потянуло сыростью. Но капот машины, нагретый
солнышком, был ещё тёплый, и слезать не хотелось.
       Жорик и Соня были обыкновенные кошки. Вернее, Соня, конечно, кошка, а Жорик — кот. У Сони была чёрная шубка с белой грудкой, белыми
перчатками и чулочками. Она была кокетка и очень следила за своей
внешностью. А Жорик был черепаховой масти. Красивые крупные
коричневые пятна с рыжими подпалинами покрывали его спинку. Он равнодушно относился к своей внешности. Зато имел замечательный талант: умел приносить скомканный в шарик фантик, брошенный ему Хозяйкой. Прямо как собака. А ещё любил полакомиться чем-то вкусненьким…
Они жили в большом просторном доме в одной небольшой деревне.
Кроме них в этом доме жили ещё семь котов и кошек. Ах да! И ещё Хозяин с Хозяйкой.
       Жорик и Соня были самыми молодыми среди всех живущих в этом доме  котов и кошек. Поэтому они чаще всего общались друг с другом. У них были общие интересы.
       Вот и сейчас они сидели рядышком, грели лапки на теплом капоте и выжидали время до ужина.
— Интересно, чем сегодня кормить будут? — как бы про себя сказал Жорик, —опять рыбой или колбасой?
— Не надейся! — недовольно сказала Соня. — Хозяйка сегодня в город не ездила, так что будет рыба. Хозяин утром с озера вернулся, много привёз. Придётся леща есть.
— Жаль… Обидно, вот почему в озере только рыба водится? Лучше бы колбаса-а-а... — мечтательно произнёс Жорик и облизнулся. Мечты о колбасе услышал лежащий под машиной Черныш. Это был крупный чёрный кот.
— А я вот сегодня уже ел колбасу! Варёную. Докторскую, — сообщил он.
— Это где же ты её нашёл? На помойке что ли рылся? Фу-у-у! — возмутилась Соня. — А ещё домашний кот называется!
— Ещё чего! Буду я в помойке ковыряться! Я в гости ходил к старичку соседу. Я там часто бываю. Он меня как-то даже сметаной угощал!
— Ну и ну! Вот ты попрошайка! И не стыдно тебе? — с укором произнёс Жорик. И как бы невзначай спросил:
— А он где живёт, этот добрый сосед?
— Да здесь недалеко. Через два дома, — добродушно ответил Черныш.
(“Надо запомнить!” – про себя подумал Жорик.)
       Время тянулось медленно. Черныш задремал. Жорик про себя строил планы вылазки к соседу. Соня тщательно вылизывала свои белые лапки.
Послышались шаги, и мимо “Уазика” прошёл Хозяин с охапкой дров и свежим берёзовым веником. Вскоре из бани вкусно потянуло дымком.
Значит, сегодня суббота, банный день — поняли коты.
       И в это время в дальнем углу сада из кустов смородины показался кот Дымок. В зубах он нёс ящерку. Дойдя до машины, он сел так, чтобы его увидели все. Дымок был взрослый кот с замашками неформального лидера. Он был серо-дымчатый от носа до кончика хвоста. Эта особенность помогала ему искусно маскироваться. Он становился совершенно незаметным в зарослях травы и поэтому всегда удачно охотился. Дымок постоянно пропадал где-то в густой траве, в поле, в кустах, за лесопилкой. И на его счету было множество мышей, лягушек, птичек, ящериц и даже ужей. Первой его заметила Соня:
— Опять Дымок какую-то живность приволок!
Жорик оживился:
— Съедобную?
Дымок очень выразительно посмотрел на него и дёрнул хвостом. Что означало крайнюю степень кошачьего презрения.
— Обжора! — осуждающе сказала Соня и спрыгнула на землю. Черныш тут же проснулся и тоже стал разглядывать новую добычу Дымка. А тот гордо сидел посередине двора с ящеркой в зубах.
— Да она уже и не шевелится даже. Ты, видимо, её сильно прикусил! —
разочарованно сказал Черныш.
       Соня на мягких лапках подобралась ближе к Дымку. Ей хотелось рассмотреть ящерку поближе.
       В это время во двор вышла кошка Даша. Обыкновенная, серая в полоску, миниатюрная кошечка была мамой почти всем живущим в доме котам и
 кошкам. Увидев сидящего с ящеркой в зубах Дымка, она одобрительно сказала:
— Молодец, сынок. С удачной охотой! Я надеюсь, что эту ящерицу ты не потащишь Хозяйке в постель? А то вчера утром Барсик ей мышь принёс. И на кровать положил. Я на веранде сидела, вдруг слышу: “А-а-а-а!!!” — это она кричит на весь дом! Я думала, кто-то на неё напал. А это всего лишь мышь! Смотрю, Хозяйка вокруг кровати носится, подушками в эту мышь швыряет. Вазу с тумбочки уронила, хорошо, что не разбилась! Нервная она у нас какая-то. Надо ей мяты кошачьей принести. Пусть понюхает. Хозяин на веранде спал, так от испуга чуть с дивана не свалился! Шум, грохот, крики, визги. И ещё какие-то слова они произносили, я не поняла. Вспоминали чью-то мать. Мышиную, наверное. Короче — кошмар! Так что ты добычу свою в дом не неси. А то опять переполох случится!
       Предупредив Дымка, Даша вышла за ворота и стала наблюдать за дорогой. Ящерка ей была уже не интересна. Ей нравилось смотреть — кто куда идёт, кто куда едет. Любопытная она кошка…
       А в это время Дымок, насладившись славой и вниманием, решил всех повеселить. Он медленно положил ящерку на землю и слегка попятился назад. Ящерка не подавала признаков жизни. Черныш, видя это, равнодушно отвернулся, а Соня подошла ещё ближе. За ней последовал и Жорик. Они подошли к ящерке с обеих сторон, и Соня, осторожно наклоняясь, понюхала её. А Жорик попытался потрогать лапой. И вдруг! Ящерка пошевелилась!
       Это было так неожиданно, что Соня, растопырив лапки, резко подпрыгнула вверх и взлетела выше капота “Уазика”!
 Жорик взвизгнул по-кошачьи и от удивления встал на задние лапы. Черныш, резко обернувшись, зашипел и приник к земле, как перед прыжком.
       Дымок взобрался на крышу машины и с высоты совершенно спокойно наблюдал за весёлой кошачьей кутерьмой, усмехаясь в усы. Он добился чего хотел.
       И тут ящерка, которая, как оказалось, была цела и невредима, быстро перебирая своими маленькими лапками, бросилась бежать!
       Что тут началось! Черныш, Жорик и Соня вскочили и пытались поймать перепуганную насмерть ящерку. Они прыгали, переворачивались в воздухе, катились по земле, неслись со всех лап, сталкивались друг с другом, делали резкие повороты, кувыркались. К ним, услышав шум, присоединилась ещё одна кошка — пятнистая Бусильда. Охота продолжалась. И тут Жорику наконец-то удалось прижать лапой хвост ящерки. Он издал воинственный клич и гордо посмотрел на товарищей. Ведь это он первый схватил добычу! Он самый ловкий и быстрый! Жаль, что мама Даша не видит его успех!
Но радость Жорика была недолгой. Произошло чудо! Ящерка вдруг как-то странно дернулась и, быстро перебирая ножками, юркнула под навес с дровами. А в лапе Жорика остался её ещё шевелящийся хвостик…
Жорик оторопело посмотрел на то, что осталось от ящерки, и оглянулся вокруг. Все коты с укором смотрели на него. Такого позора Жорик перенести не смог. Он лишился чувств и упал в обморок…
Когда вся эта возня и беготня с ящеркой утихла, появился Барсик. Светло-серебристая шерсть его переливалась на солнце. Казалось, что он надел норковую шубку.
Медленно и важно он прошёлся по двору, запрыгнул на машину и сел рядом с Дымком.
— Развлекаешься? — с усмешкой спросил он.
— Да надо же как-то время убить до ужина, — ответил Дымок. — А ты где был?
— Да так, прогулялся. К соседскому коту заходил.
— К Мирону что ли?
— Да. Только спит он. Хозяйка сказала: гулять не выйдет.
— А она что делает? — поинтересовался Дымок.
— За грибами, видно, ходила. Чистит.
— Небось опять этих колпачков набрала. Странные какие-то грибы. На поганки похожи. А она-то радуется: “Шампиньоны! Лесные шампиньоны!”
— Так ты не видел разве? Она их жарит и ест! А потом всю ночь пишет какие-то сказки! И хохочет на всю деревню! — возмутился Барсик.
— Ну и дела! Бедный Мирон! Как он с ней живёт? А он сам-то что говорит?
— Да говорит, уже сказок на целую книжку настрочила.
— Это всё из-за колпачков! — осуждающе заметил Дымок.
— Да нет. Мирон сказал, что эти колпачки ей Наша Хозяйка посоветовала. А она-то толк в грибах знает. Она же повар!
— Ну ладно. Надо как-нибудь тоже к Мирону в гости сходить. А то с этими мышами и лягушками и с соседом некогда пообщаться! — И Дымок принялся вылизывать свою заднюю лапу.
Барсик, повернувшись в сторону клумбы с розами, вдруг увидел Семёна, который нюхал цветы.
       Семён — удивительный кот. Он не был сыном Даши. Он приехал из города. Хозяйка нашла его по интернету и забрала к себе. Красивая шёрстка цвета кофе с молоком, а голова, хвост и лапы были цвета тёмного шоколада. Белые носочки, перчатки и грудка дополняли его наряд.
       Сёма был хроменьким, потому что родился с вывихом лапки. У него ярко-голубые глаза — признак породистости. Но один глазик был косым. И несмотря на это он был самым красивым! Сёма — индивидуалист. Он никогда не принимал участие в весёлых кошачьих играх. И не потому, что ему было трудно — он их просто не любил. Он любил поспать, поесть. Любил, лежа на солнышке во дворе, смотреть в голубое небо и мечтать. О чём он мечтал, не знал никто. Просто потому, что он никогда ни с кем не делился своими мечтами и мыслями. Это был кот, который мечтает сам по себе. Или, точнее, про себя...  И вот даже сейчас он, отстраняясь от всей кошачьей семьи, один разгуливал по клумбе и нюхал розы.
“Вот барин”, — строго подумал Барсик. Он всегда был компанейским, но всё же суровым  котом и не любил нежностей.
       В это время распахнулась дверь, и на улицу вышла Хозяйка. В руках она держала большую миску с нарезанными кусками рыбы.
— Ура-а-а-а!!! — вскочил с места Жорик. Он уже забыл свою неудачу и, как котёнок, радовался долгожданному ужину. Остальные коты и кошки тоже поспешили занять свои места за кошачьим ужином. Тут уж было не до разговоров. Все молча уплетали кусок за куском. К ужину присоединилась и самая старшая чёрная кошка. Это была мама Даши. То есть бабушка всех Дашиных детей. Она была очень старенькая. И поэтому Хозяйка прозвала её Пенсия. Она проводила почти все дни, лежа на крыльце. И выходила только покушать…
       Между тем солнце уже почти спустилось за лес. Сумерки сгустились, и кузнечики заиграли на своих скрипочках ночную песенку.
Хозяин и Хозяйка ушли в баню. А кошачья семья после сытного ужина уселась во дворе — кто где. Все были заняты одним делом: умывались. Приводили себя в порядок перед сном.
Когда Хозяин с Хозяйкой, вернувшись из бани, тоже поужинали, вся семья легла спать. Кроме Барсика. Он ушёл на ночную охоту.
Коты разлеглись на своём любимом диване, который стоит на веранде. А любимец Хозяйки Дымок свернулся клубочком под одеялом в её спальне. Сытые коты сладко спали. И снились им очень разные сны.
       Соне снилось, что она участвует в кошачьей выставке и ей присудили золотую медаль за красоту. Черныш куда-то бежал во сне. Бусильда смешно чмокала языком. А Жорику снилась нежнейшая колбаса. И он во сне урчал от удовольствия.
       Огромная луна смотрела на дом, сад, клумбы с цветами.
Лунный свет осветил двор, где на кошачьем столе лежали остатки кошачьего ужина. Послышался шорох, и от забора отделилась маленькая тень.
       Принюхиваясь, тень мелкими, быстрыми шажочками направилась к кошачьему столу. Это был Ёжик. Он часто приходил сюда в гости, когда все уже спали. Хозяева знали это и специально оставляли для Ёжика немного еды и даже иногда ставили блюдце с молочком.
       Ёжик угостился рыбой, мысленно поблагодарил Хозяина, Хозяйку и котов. Он сидел прямо посередине двора, смотрел на огромный диск луны, принюхивался к ветру и думал: “Как же всё-таки хорошо жить на свете, когда у тебя есть кто-то, кто может позаботиться о тебе!”»
                                    
Глава восьмая          Я тоже научилась сочинять сказки
 
       Сегодня, проснувшись утром, я обнаружила, что у нас закончился хлеб. Пришлось собираться в магазин, в Елизарово. Идя по лесной дороге, любовалась пушистым соснами и елями, на которых густыми рядами повисли гирлянды еще зелёных молодых шишечек. И вдруг я услышала, как деревья разговаривают друг с другом. Да-да! И даже слышала их голоса! Одна толстая сучковатая сосна скрипела басом:
— Когда же пойдёт дождь? Мои корни сохнут и просят пить!
Неподалёку другая сосна, чуть постройнее, издавала тоненький короткий скрип. Казалось, что она говорит: «И-и, и-и. И мне дождя! И мне!!!» А потом я услышала, как одна из них просто сказала: «Мяу!»  Наверное, перегрелась на солнце.
Маленькие птички, посвистывая, сновали вокруг меня, с тревогой прослеживая мой путь. «Наверное, где-то тут их гнёзда», — подумала я.
 И тут услышала треск.
       Оказалось, что молодая сосенка застряла между двумя старыми деревьями. И теперь, когда начинает дуть ветер, она трещит, изо всех сил пытаясь освободиться из крепких объятий своих соседок.
— Вот понаросло же вас здесь! — услышала я.
— Молодому дереву и пробиться не дают. Нет лесорубов на вас! — не унималась она. Подул ветер, и следующие слова утонули в натужном треске. И только рядом стоящая осинка, услышав о лесорубах, от страха шумно затрепетала своими листьями.
       Подойдя к развилке, я вдруг увидела согнувшуюся дугой прямо до земли берёзку. Странно... Когда я вчера шла здесь, то всё было в порядке. Видимо, сильный ветер, который дул ночью, согнул её. Берёзки-подружки, стоявшие вокруг, горестно шелестели листьями, не в силах помочь бедняжке.
Ольховые кусты тихо перешёптывались, обсуждая печальное происшествие. И только огромные тёмные ели, охраняющие порядок в лесу,
предупреждающе шелестели своими колючими лапами: «Тш-ш-ш-ш, тш-ш-ш-ш! Тише! Соблюдайте спокойствие!»
       Когда я вышла на тропинку, ведущую из леса в Елизарово, то оглянулась с удивлением: неужели мне всё это почудилось? Да, наверное, это всё ветер виноват! А может быть, я заразилась от Улле желанием сочинять сказки?
И только я об этом подумала, как вдруг... На моём пути возникли... Босоножки! Причём, что самое интересное, их было две, чего обычно не бывает! Обычно встречается только один представитель обувной промышленности. Причём рваный, старый и печальный. А тут почти новенькая пара босоножек на высоченных каблуках! Хм... Я оглянулась вокруг — присутствия людей не наблюдалось. «Ну что ж, запишем в загадки», — подумала я, но на всякий случай сфотографировала находку и отправилась по своим делам.
       Каково было моё удивление, когда через полчаса я, возвращаясь обратно,
не увидела босоножек! И почему-то стало очень смешно.
       Представилось, что эти босоножки сбежали от своей хозяйки. Сбежали куда глаза глядят. Заблудившись, попали в лес. Устали шагать по песчаным дорожкам на своих высоких каблуках и решили немного отдохнуть. В таком положении я их и застала.
       Бедные босоножки очень испугались, когда я, сфотографировав их, пошла дальше. Видимо, они решили, что я сообщу о них хозяйке и она догонит и заберёт их обратно. И, превозмогая усталость, спотыкаясь о корни деревьев, качаясь, охая и поскрипывая, они со всех каблуков помчались по лесной дороге. Бедняжки... Как же нужно было плохо с ними обращаться, что они так не хотят вернуться домой! Интересно, где-то они ходят сейчас?
       Вот такую историю придумала я, пока ходила за хлебом.  А когда вернулась домой, рассказала её Улле и Мирону.
Мирон молча выслушал, улыбнулся в усы и лёг спать на кресле. А Улле очень развеселился:
— Как интересно получается! — смеясь говорил он. — Я учусь у тебя азбуке и арифметике, а ты, записывая мои сказки, учишься сама их сочинять. Значит, мы делаем доброе дело друг для друга.
— Что ж, Улле, пожалуй, ты прав. И ты знаешь, мне действительно очень понравилось сочинять сказки! — ответила я.
       Дальше день пошёл, как обычно. Обед, хлопоты по хозяйству. Сегодня распустились мои любимые чайные розы. И я время от времени направлялась в цветник, чтобы полюбоваться ими. Мироша мирно спал на террасе. А Улле, как всегда бывало днем, сидел в тени сосновых ветвей, прячась от солнечных лучей.
       Наступил вечер. Стало прохладнее, и я пошла готовить нам ужин. Когда картошка на сковородке зарумянилась, я выключила плиту и вышла во двор, чтобы позвать Улле и Мирона на ужин. На террасе — никого, под сосной — пусто. Странно… И тут я услышала какую-то незнакомую мелодию,
доносившуюся из-за кустов сирени. Явно звучала свирель. И я догадалась, что это играет Улле. Потому что я уже начала учить его играть на свирели.
И он уже очень неплохо наигрывал короткие весёлые песенки.
       Но эта песенка была совсем другая. Её мелодия звучала очень задумчиво и грустно. Она была похожа на музыку норвежского композитора Эдварда Грига. Казалось, что она куда-то манит, зовёт. Я поспешила на звук.
       За кустами сирени, в густой тени, прямо на траве сидел Улле и играл на свирели. Рядом примостился Мирон и внимательно слушал.
— Улле… – шёпотом окликнула я. И гном поднял на меня полные грусти глаза.
— Что случилось? Ты не заболел? Ты расстроен? Почему? Что это за мелодия? — взволнованно задавала я вопрос за вопросом. Я привыкла видеть Улле всегда весёлым и бодрым. 
— Не волнуйся, пожалуйста. Я здоров. Просто мне вспомнилась мелодия из моего детства. И мне стало немного грустно.
— Улле, а может быть, ты уже начал что-то вспоминать о своей прежней жизни? — осторожно спросила я.
— Да. Собственно, я почти всё уже вспомнил. И знаешь, что мне помогло?
— Что же?
— Игра на свирели. Её мелодичный голос напоминает дыхание ветра. И этот ветер навевает воспоминания.
       Гном замолчал, потом приложил к губам свирель и закрыл глаза. Грустная мелодия тихо поплыла навстречу показавшейся на небе луне. Мы с Мироном сидели и слушали. Когда стало тихо, мы ещё немного посидели в тишине, а потом пошли в дом. Луна, словно крадучись, медленно плыла за нами по небу. Как будто она хотела ещё раз услышать звуки музыки.
       После ужина мы сидели на террасе и пили горячий чай с мятой и смородиновыми листочками. Я ни о чём не спрашивала Улле. Но вскоре он первый нарушил молчание.
— Я хочу рассказать тебе о своей прежней жизни.
       Улле чуть прикрыл глаза и начал рассказывать.
— Есть на севере, возле холодного моря, удивительная, сказочно-красивая страна — Норвегия.Это королевство, которым управляет король Харальд  Пятый. 
       В Норвегии много островов, очень высоких прибрежных скал, красивых и прозрачных горных озёр, рек, водопадов и ледников. Зимой все жители Норвегии любуются Северным Сиянием, а летом — Белыми Ночами. Это когда ночью светло, почти как днём.
— Да-да, Улле. Я знаю, что такое Белая Ночь. Ведь в городе Санкт-Петербурге, где я родилась, в июне тоже есть Белые Ночи. Иногда случается и Северное Сияние. Но очень редко! Ведь Санкт-Петербург тоже северный город.
— Здорово! Значит, ты представляешь, как это удивительно. А ещё Норвегия — страна рыбаков и моряков. И почти у каждого жителя этой страны есть лодка. Здесь живёт больше всего Северных Оленей, а по берегу моря гуляют белые Полярные Медведи. Охраняет страну Королевская Гвардия. И одного из командиров гвардии зовут Нильс Улаф. И он настоящий живой шотландский ПИНГВИН!  
— Улле, ты уверен в этом? Или это твоя очередная сказка? Живой пингвин не может служить в Королевской Гвардии!
— И вовсе не сказка! Это на самом деле. Просто гвардейцы взяли Нильса Улафа из зоопарка, и он стал их «сыном полка». Вернее, их любимым питомцем.
       И, конечно, эту замечательную страну населяют сказочные подземные жители: гномы, тролли, туссы, ваетты, карлики, хулдры, ниссы и эльфы.
       Я родился в семье Садовых Гномов на острове Хардейленд. Наша многочисленная семья жила в пещерах, вырытых в земле местечка Ульвик. Там был старинный заросший сад.
       Садовые гномы — это добрый и трудолюбивый народ. В своих владениях они ведут хозяйство. И кладовые их всегда полны запасами орехов, грибов,
гороха, бобов, маленького картофеля «гутти», фруктов и овощей.
Это наша главная еда. А еще мы пьём росу, мёд, настойки на ягодах. Но самый главный напиток для всех гномов — это напиток из волшебных Лунных ягод!
       Всё дело в том, что все гномы и тролли ненавидят солнечный свет, он опасен для них. Если гном или тролль хоть немного побудет на солнце, то тут же превратится в камень.
— А, так вот почему ты всегда прячешься от солнца в тени сосновых веток и садовых кустов… — сказала я.
— Да, ты правильно догадалась. Именно поэтому. Ну, слушай дальше.
Садовые и Лесные Гномы не могут жить всё время под землёй, как Горные Тролли и Маленькие Подземные жители. Нам нужно работать на поверхности земли.
И тогда главный врачеватель гномьего народа Брокк (Волшебный Мастер) собрал Лунные ягоды, которые растут только в долине Иннердаллен, воду из горных родников, сушёный вереск, пыльцу горной лаванды и сварил из них волшебный напиток. Если гном выпьет утром глоток этого напитка, то он целый день может находиться на поверхности земли и никакие солнечные лучи ему не страшны. Волшебный напиток очень ценный. Гномы берегут его пуще глаз своих. Ведь без него не будет жизни в наших селениях. И придётся тогда прятаться под землю.
       Напиток варят только один раз в году, когда все гномы, тролли, эльфы и прочий Маленький Народец съезжаются на бал Горного Короля. Тогда для всех объявляется перемирие. И даже враждующие кланы, встретившись на балу, мирно беседуют меж собой. А в конце празднества помощники Горного Короля, Эльфы, раздают каждому клану большой сосуд с волшебным Лунным напитком. Вот и мой отец — глава всего клана Садовых Гномов —
каждый год получал большой глиняный сосуд с Лунным напитком, который хранился в самой дальней кладовой. Ключи от неё были только у нашей матушки-гномихи. Мой отец — очень добрый и мудрый. Недаром его назвали Альвис-Мудрец.  Матушку-гномиху зовут Мэрит, что означает «Жемчуг». Потому что она является хранительницей драгоценностей семьи — россыпи розовых и голубых жемчужин, которые достались матушке-гномихе в наследство. Мои братья — Хэкон («Высокий сын»), Олав («Наследник»), Свейн («Мальчик»). Моё имя Улле означает «Защитник Семьи». А также мои любимые сёстры — Агот («Хорошая»), Кэри («Чистая»).
       Мы всегда помогали родителям по хозяйству. Наша семья очень дружная и весёлая. Вечером мы всегда собирались в нашем большом земляном зале, укреплённом камнями и ветками деревьев стоящего в густых зарослях старого заброшенного сада. Отец брал в руки норвежскую скрипку, матушка — ивовую флейту, и начиналось веселье. Мы пели хором и танцевали наши любимые танцы — «Хайлинг» и «Слоттер». Однажды мы даже побывали на музыкальном конкурсе в городе Халлингдал, где соревновались самые искусные скрипачи. И наш отец стал первым из них. А Агот и Кэри так здорово танцевали, что им тоже дали приз за лучший танец.
       Вот так и жили мы счастливо и дружно в своём заброшенном саду. А неподалеку от нас жили соседи — Лесные Гномы. И хоть носили они одежду зелёного цвета, а мы, Садовые Гномы, — коричневого, мы с ними не ссорились, даже помогали друг другу. Они собирали в лесу грибы, ягоды и орехи, а потом меняли у нас на овощи и фрукты, которые выращивали мы в своём саду. И осенью мы даже устраивали совместный Праздник Урожая. На одном из таких праздников я познакомился с одной весёлой лесной гномихой-девочкой. Звали её Оден, что означает «Поэзия, Песня». Она была очень симпатичной и, конечно, очень любила петь. Часто из лесной чащи слышался её лёгкий голосок. Больше всего Оден любила петь одну
красивую песню, это её я играл на свирели сегодня. Наверное, эта песня и помогла мне вспомнить всё, что случилось со мной тогда.
— Ты знаешь, Улле, мне очень понравилась эта мелодия. Я обязательно её запомню и обязательно сыграю дома на рояле. А ты помнишь слова этой песни?
— Да, конечно. Ведь слова этой песни написал знаменитый норвежский поэт Бьёрнсон.
       Улле замолчал. На несколько минут на террасе стало тихо. Только слышно было, как посапывает во сне Мирон. И вдруг я услышала голос Улле. Он пел.
Тихо и проникновенно звучали простые и понятные всем слова о любви к родному краю.
«Да, мы любим край родимый,
Край лесистых круч,
Море, ветер нелюдимый,
Небо в хлопьях туч.
Любим дым родного дома,
И отца, и мать.
Стужи бодрость нам знакома,
Солнца благодать»…
          Отзвучали последние слова песни. Улле сидел на своей маленькой скамеечке с закрытыми глазами. Мне показалось, что он сейчас видит свою любимую страну, свой старый сад, своих родных… А ночь уже окутала сад тёмной шалью. Где-то высоко светили звезды, и полная луна освещала мягким светом террасу.  Я тихо спросила: «А что же было дальше?»
И Улле продолжил свой рассказ.
 
—Время шло день за днём. И вот однажды мы увидели, что совсем близко от нашего поселения появилось новое жилище. Там хозяйничали Ганнард и Эджилл — воинственные тролли, и с ними был хитрый Локи. Были они очень
дерзкими и злыми. Они не вели хозяйство, а силой отнимали запасы у Лесных Гномов. Мои братья стали замечать, что новые соседи без разрешения берут овощи из нашего сада. Это было возмутительно, ведь в нашей стране нет воришек.
       Но самое ужасное случилось потом. Ганнард и Эджилл стали наведываться к людям, в ближайшее селение. И они ходили туда совсем не для добрых дел. Они стали тайком лазить в людские дома и уносить продукты и вещи. Люди, обнаружив пропажу, ужасно рассердились. И призвали их к ответу. Но хитрый Локи смог убедить их, что это проделки 
Садовых Гномов. И тогда люди решили выгнать нас из нашего сада. Они
собрались огромной толпой, с вилами и топорами, и уже хотели идти разрушать наш дом. Но коварный Локи сказал, что это совсем не обязательно. Гадко улыбаясь, он говорил людям: «Нужно всего лишь отнять у них Лунный напиток. Тогда никто из них и носа наружу не высунет. Ведь на солнце они каменеют».
       И тогда люди пришли к моему отцу и потребовали, чтобы он отдал им волшебный напиток. Было очень страшно и очень обидно. Потому что наша семья ни в чём не была виновата. Сёстры плакали. Братья сжимали кулаки, но сделать ничего не могли. Отец и матушка молча посмотрели друг на друга. Матушка достала из кармана заветный ключ и отдала его отцу. И отец, сгорбившись, пошёл в кладовую.
       Лишившись чудесного напитка, мы не могли выходить работать в саду днём. Даже окна в доме нам пришлось забить досками, чтобы в них не попадал солнечный свет. Настали тяжёлые времена. Но не только для нас. Лесным Гномам тоже доставалось от троллей. Приближалась зима, а эти подлые бездельники даже не заготовили себе дров. И теперь они вырубали в
лесу самые лучшие и красивые деревья. Мало того — они хватали девушек и женщин-гномих, чтобы они готовили им вкусную еду и наводили порядок в их жилище.
       Однажды днём мы сидели в своем тёмном доме. 
И вдруг я услышал крик о помощи — кричала Оден. Я узнал её голос. Я бросился на улицу. Отец крикнул мне: «Остановись!» Но было поздно. В этот момент я не мог думать о себе. Я очень испугался за Оден.
       Поначалу мне повезло. Когда я выскочил на улицу, солнце спряталось за тучу. И даже пошёл мелкий дождь. Я опрометью ринулся в сторону леса и, уже добежав до опушки, увидел, как отец малютки Оден бьёт огромной палкой еле уворачивающегося от ударов гадкого Локи. А тот крепко держит за руку мою подружку. Мне оставалось добежать всего несколько метров когда я увидел, что Оден вырвалась и убегает прочь.
       Но тут солнце вышло из-за тучи, осветив всё вокруг. А у меня свет померк в глазах. И я медленно стал каменеть. Отец Оден пытался помочь мне. Но это было невозможно. Всё, что он мог сделать для меня, — это отнести моё окаменевшее тело в родной дом. Как сквозь сон я слышал крики и плач родных. Я понимал, что доставил им огромное горе. Но я не мог поступить иначе…
        Меня оставили в доме. В семье объявили траур. И, наверное, я так бы и стоял там до сих пор. Но спустя неделю после этого несчастья к нам в сад пришла старая Дагни. Про неё все говорили, что она обладает тайными силами и общается с самим Горным Королём. Поэтому её все уважали и побаивались и никто не смел ей перечить. Она пришла к нам в дом. Отец рассказал ей о том, что с нами случилось. Дагни выслушала его и сказала:
— Я заберу у вас Улле. Надеюсь, что смогу ему помочь.
Сёстры завернули меня в большую тёплую шаль и отдали Дагни.
— Но как же ты оказался в этом городе? В России?
— А всё просто. У Дагни есть младшая сестра Сигни. Она тоже волшебница. И когда Дагни вместе со мной, завёрнутым в клетчатую шаль, вернулась в свой дом, к ней в гости как раз и приехала Сигни. Дело в том, что Сигни любит путешествовать. Да, такая волшебница-турист. И она не просто путешествует. Она поселяется в каком-нибудь городе и начинает совершать
разные добрые дела.
— Подожди-подожди, я, кажется, догадалась! Хозяйка цветочной лавки — волшебница Сигни?!
— Ну конечно! Это она. Они с Дагни долго искали во всех волшебных книгах заклинание, которое может мне помочь. Но такого не оказалось. Зато они
нашли запись о том, что окаменевший на солнце гном может вновь стать
живым, если на него направить Волшебный Лунный луч. И сделать это
должен добрый человек из России. Так и случилось. Сигни забрала меня и уехала в Россию. Ей очень понравился этот город. Она открыла цветочный магазинчик, купила обыкновенный фонарь, который после её заклинаний стал Волшебным, и стала ждать. А потом к нам пришла ты. Дальнейшее тебе известно.
       Эта история так поразила меня, что я только и смогла удивленно выдохнуть: «Да-а-а…»
— А как же сказки? — наконец спросила я Улле.
— Сказки я научился сочинять, пока был каменным. Ведь больше я ничего не мог делать, кроме как думать и представлять что-то и надеяться, что найдётся добрый человек и поможет мне. И тогда Зло потеряет свою силу. Зато теперь я умею читать, считать и даже играть на свирели! И это всё — твоя заслуга. Спасибо тебе. Вот удивятся мои гномы, когда это увидят.
— Улле, я что-то не поняла. Какие гномы? Где?
— Видишь ли, я должен вернуться домой. В Норвегию. В свой старый сад. Ведь меня там ждут…
— Ну ты даёшь! А как же я? Мирон? Мы же уже так привыкли к тебе!
— Я должен вернуться, — ещё раз сказал гном. И я услышала в его голосе такую решимость, что возражать не стала. Мне стало грустно. И показалось, что без этого маленького человечка в смешном колпачке жизнь здесь, на даче, уже не будет интересной. А Улле, словно уловив мои мысли, сказал:
— А ты не печалься. Ведь ты теперь можешь сама писать сказки!
Это так увлекательно и, самое главное, нужно другим людям.
—  Сказки — это, конечно, здорово. А вот что ты там у себя в старом саду будешь делать без Лунного напитка? Ты же опять окаменеешь!
— Не беспокойся. Я знаю, что делать. У меня теперь есть Волшебный Фонарь! Я должен восстановить справедливость и доказать, что Садовые Гномы ни в чём не виноваты. Я выгоню этих противных злых троллей. Пусть убираются в свои горные пещеры!
        Потом, немного помолчав, как бы про себя, добавил:
— А ещё я хочу снова услышать, как поёт песни Оден.
— Да, но как же ты попадешь обратно в Норвегию?
— Мне помогут Дагни и Сигни. Я улечу туда вместе с ними.
— Когда же это случится? — встревожилась я.
— Завтра.
       Я совсем растерялась. Совсем была не готова к тому, что Улле вот так внезапно уедет. Но я видела, что он очень скучает по родине, по своим близким, и не стала ничего говорить об этом.
Чтобы сменить грустную тему, со смехом сказала:
— Ну что ж, придется начать писать сказки.
— А какой твой самый любимый сказочный герой? — спросил вдруг Улле.
— Баба-яга, – со смехом ответила я, — я её когда-то в спектакле играла.
Улле улыбнулся и сказал:
— Да, серьезная дама. У нас её называют Берхта. А ты, кстати, на неё чем-то похожа. Но ты — добрая Баба-яга.
Я расхохоталась в ответ.
— Вот это комплимент, Улле! Не знала, что Садовые Гномы такие учтивые!
       Мы принялись хохотать на весь участок. Нам было так весело, что, казалось, даже луна хохочет вместе с нами. Но, вдоволь насмеявшись, мы отправились в дом. Время было далеко за полночь. Я уснула мгновенно. И мне снились гномы, тролли, добрая Баба-яга и целая стая птиц, на лету превращающихся в странички ещё не написанной книги, с рассказанными мне сказками милого Улле. Странички плавно кружились надо мной и громко свистели и щебетали, как ласточки.
 И, уже проснувшись, я слышала их голоса. Выйдя на террасу, я удивилась. Действительно ласточки! Они летали над моим домом и громко кричали.
       Я вернулась в дом и тут вспомнила: УЛЛЕ! Кресло опустело. Фонаря нигде не было видно. Я выбежала на улицу — никого. На перилах террасы лежал мой забытый с вечера блокнот со сказками Улле. Ветер лениво листал страницы, как будто пытался прочитать то, что там было написано. Мирон сидел на крылечке. Он внимательно и грустно смотрел в небо, как будто что-то пытался рассмотреть там. Но небо было затянуто седой дымкой, солнца не видно.
«Унылая сегодня погода», — подумала я. И, сев рядом с Мироном, почувствовала, что в левом кармане что-то лежит. Я сунула туда руку и вытащила очки с многоцветными стёклышками. Это был прощальный подарок Улле. Слёзы подступили к глазам. Я поспешила надеть очки, чтобы Мирон ничего не заметил, и тоже посмотрела вверх. Внезапно мир вокруг меня изменился: серая дымка развеялась, яркими лучами брызнуло солнце, ярко запестрели цветы, ветер, весело разбежавшись, зашуршал листьями сирени, а на душе стало светло и радостно. И я поняла, что всё, что со мной произошло, — настоящая Сказка!
        По небу плыли большие белые облака. Одно из них было очень похоже на маленького гнома в забавном колпачке.
Облако, тихо покачиваясь, уплывало на север.
Я помахала ему рукой: «Счастливого пути, Улле… До встречи в новой Сказке!»           
      


Свидетельство о публикации №14716 от 17.03.2026 в 20:58:56

Войдите или зарегистрируйтесь что бы оставить отзыв.

Еще никто не оставил отзыв к этому произведению.