Светлячок

 Тёмная ночь опустилась на маленький городок, раскинувшийся вдоль берега моря. В кварталах не видно ни зги. Тьма, будто скрутившийся в клубок зверь, заполняла каждый уголок, проникая даже в сны утомлённых днём людей. Наевшись солнечного света, она дремала, как дремлет хищник в своей берлоге. Тишина убаюкивала даже тех, кому не спалось.

Но вот по небосводу проплыли массивные облака, и городок озарился лунным, загадочным светом. И тогда тьма приобретала резкие формы теней; она казалась испуганной спросонья кошкой, которую ради смеха облили водой соседские мальчишки.

 Звёзды мерцали маленькими белыми точками, медленно плывущие в бесконечно далёком океане.Неподвижные, как всегда, они гордо сеяли свет наравне с Луной, смеясь над испуганным шипением ночи. Но что это? Глядите! Звёзды шевелятся!

 Посмотрите, как кружатся они в далёком небе, словно пылинки в тяжёлом летнем воздухе. Но нет, это не звёзды. Свет их не так ярок. Что же это?
 Вот они приближаются, становятся всё ближе; видны очертания крошечных, полупрозрачных, будто сшитых серебром крылышек. Это светлячки!

 Тёплым мягким светом горят их маленькие брюшки. Давайте посмотрим на них поближе. Вот они подлетели совсем близко к городку, разделившись на мерцающие стайки. На каждом из них — крохотный тёмный сюртучок и такие же крохотные брючки, и даже отливающие чистым блеском ботинки. У каждого светлячка на голове красовался цилиндр, из-под которого выглядывали тонкие усики. Но самыми удивительными в их наряде были миниатюрная лесенка и огниво. Для чего же они им нужны? Чтобы узнать, давайте за ними последуем.

 Светящейся пылью они разбрелись по всему городу, разогнав спрятавшиеся в углах тени. Тьма, казалось, была побеждена, но не совсем. В особенно тёмных проулках она выжидала врагов, словно паук, расставляя сети. Да, путь светлячков был опасен. Светя одинокими, еле видными огоньками, им было не по силам тягаться с ночью. Но, собравшись всей стайкой, они прожгли себе путь, сражая мрачные тени сиянием своих крошечных телец. Куда же летит этот малый народ?

 Вот они снова разбрелись по улицам, свободным от мрака. Теперь стало видно, что вдоль улиц в ряд выстроились фонари. И светлячки, будто маленькое войско, построившись в линию, подлетели к ним — каждый к своему. Отворив стеклянное оконце, светлячок залетал внутрь. За стеклом высилась потухшая с вечера свеча. Казалось, она ещё хранила тепло огонька, унесённое ночью. Затвердевшие восковые подтёки напоминали слёзы.

 Светлячок тем временем ставил свою стремянку, насвистывая какую-то песенку.

— Фью-фью, фьюти-фьють, фью-фью, — свистел он, взбираясь вверх.

 Подобравшись к фитилю, светлячок доставал огниво. Искры ударились о стекло. Чирк-чирк — и вот родился маленький слабый огонёк. Словно пристраиваясь на новом месте, он креп, набирался сил и пыхтел, ворчал, выбрасывая в воздух сизый дымок.

 Потирая лапки друг о друга, светлячок слезал с лесенки и, подхватывая её вместе с огнивом, улетал к следующему фонарю. Постепенно весь городок загорался огнями. Ночь исчезала. Меркли звёзды, засыпала Луна, ожидая свою сестрицу — Солнце. Близился рассвет.

 Город ещё спал, пребывая в предрассветной дрёме. Однако спали не все. У раскрытого окна одного дома сидела маленькая девочка, наблюдая за работой светлячков. Глаза её, как два василька, с удивлением глядели на них, парящих, словно искорки. Но вот одни из них подлетели к её окну. Девочка поспешно притаилась за шторой. Она напрягла слух, и до неё донёсся разговор светлячков, говоривших удивительно человеческими голосами.

— Да, как чёрен этот город, — сказал один из них.

 Девочка чуть выглянула из-под шторки, вглядываясь в их маленькие тельца. Как удивительно! С виду обычные светлячки, но одеты и выглядят как люди. Они стояли на её подоконнике, ведя странную беседу. Голоса их раздавались протяжным звоном, будто колокольчики. Своим серьёзным видом они напоминали важных джентльменов.

— А что вы хотите, сэр? Говорят, это новый вид эпидемии, — отвечал первому его спутник. — Чернеют люди душой. Сами поселяют у себя черноту и ходят с ней, как с угольком в кармане.

— Да, представьте себе, а ведь я сегодня еле зажёг фитиль! — покачал головой первый. — Нехорошо, как нехорошо всё это!

 Они замолчали, любуясь морем рыжеватых огней. Девочка тем временем, выпростав руку, искала оставленную на столике банку из-под варенья. Когда они уже собирались присоединиться к остальным собратьям, убывающим из города, она резко прыгнула на подоконник, наугад ловя в банку первого попавшегося светлячка.

 Сначала ей показалось, что она промахнулась, ведь в банке не было и проблеска света. Но потом, словно взорвавшись, загорелся яркий свет, чуть было не ослепивший девочку. Из банки донеслись звеняще-писклявые крики:

— Отпустите! Как вы смеете! Что это за фокусы такие! — верещал пленник сквозь толщу стекла.

 Когда свет стал тусклее, девочка принялась разглядывать его. Как и у других, у него был тот же сюртучок, те же брючки и ботинки. Однако на чёрных глазах-бусинках было крошечное пенсне, а на грудке красовался орден в виде звезды. Это, несомненно, был важный светлячок, долго и верно служивший своему делу.

— Какой странный… — всё ещё рассматривая его, в умилении твердила девочка. — Одет как человек, и говорит так же, а сам — светлячок.

Тот, видно, понял, что дела его плохи, а потому взмолился:

— Маленькая девочка, прошу, ну отпусти меня!

— Зачем мне тебя отпускать? — удивилась она, припадая головой к подоконнику, чтобы лучше его рассмотреть. — Я поселю тебя у себя; буду кормить, играть с тобой. Ах, как все удивятся в школе, когда увидят говорящего светлячка!

— А хочешь, я расскажу тебе сказку? — вновь взмолился он. — Но я расскажу её тебе, только когда ты отпустишь меня.

— Так ты же улетишь.

— После того как расскажу сказку — да.

— Зачем мне одна твоя сказка, — фыркнула девочка, — когда, оставив тебя у себя, я смогу услышать намного больше?

— Но это сказка непростая. Таких ты ещё не слышала.

— Я уже большая и знаю много-много сказок!

— А слышала ли ты сказку о том, как рождаются светлячки? — Светлячок прижался к толстому стеклу, также внимательно рассматривая собеседницу, как и она его.

— Нет, — задумчиво ответила девочка. — Расскажи мне её.

— Выпусти меня из банки — тогда расскажу.

 С тяжким вздохом девочка открыла банку, сжимая её в руках, словно ожидая, что пленник тут же сбежит. Но, покинув стеклянную тюрьму, светлячок не торопился удрать.

— Ну что ж, — произнёс он, усаживаясь на подоконник, — раз обещал, придётся сдержать слово. Присядь.

 Девочка, заворожённо глядя на него, устроилась рядом. А светлячок начал рассказывать:

— Давным-давно на свете жила одна волшебница. Была она доброй и справедливой, какими только и бывают настоящие волшебницы. Сеяла она всюду свой волшебный свет, даря миру доброту. Но однажды поселилась в одном городке Ночь. Поначалу она была маленькой, полупрозрачной тенью, но потом начала разрастаться, погружая в темноту даже большие города. И наконец она захватила сердца людей. Больно было смотреть на это волшебнице, однако ничего поделать она не могла. Тьма легко расправлялась с лучами её света, грозя поглотить и саму волшебницу. В отчаянии взглянула она на небо. Его рассекали падающие звёзды. Они искрящимся водопадом падали на землю, но, достигнув её, затухали. Раскинув руки, волшебница поймала одну маленькую звёздочку. И, едва коснувшись её ладоней, та обратилась светлячком.

 Так у волшебницы появилась маленькая, но верная армия. Она боролась с тьмой, испуская звёздный свет, прожигала её когтистые лапы, заставляя отступать. Но лишь из одного места мы не могли её выгнать — из человеческого сердца. Тьма пряталась от чистого сияния, забираясь поглубже в души и очерняя мысли. Тогда мы стали зажигать фонари. Эти фонари тоже волшебные. Они дарят людям то, что помогает бороться с мраком — надежду. Она, подобно свету, изгоняет ночь из очерствевших сердец. Поэтому, — заканчивая рассказ, сказал светлячок, — ты должна меня отпустить. Я вижу, ты добрый ребёнок, но ведь не хочешь же ты лишить других надежды?

— Нет, — грустно улыбаясь, пролепетала девочка, — я не хочу этого. Но скажи мне, смогу ли я ещё раз увидеть тебя?

— Конечно. Ты будешь видеть меня во снах. Я буду навевать тебе добрые, сказочные сны.

— И мне будут сниться добрые волшебники и прекрасные принцы? — спросила она, сладко зевая. Глаза её слипались.

— Да, тебе будут сниться сказочные колдуны, неприступные замки, храбрые юноши и добрые принцессы. А теперь спи.

Видя, что девочка сонно прислонила голову к окну, светлячок бойко спрыгнул с подоконника.

— Доброй ночи тебе, дитя!

 Ответить она уже не сумела. Крепкий сон ухватил её в свои объятия, унося в далёкий загадочный мир грёз.

 Наступило утро. С трудом открывая глаза, девочка взглянула на улицу. От волшебного веяния светлячков не осталось и следа. Солнце уже поднялось над горизонтом, ослепляя своим светом. Тьма затаилась в дрожащих тенях. Улица была ещё пуста. Изредка по ней пробегали прохожие, спеша на работу. Высившиеся над ними фонари были погашены. Свечи с потухшими фитилями одиноко белели в стеклянных клетках.

— Какой, однако, странный был сон, — сказала она себе, любопытно разглядывая улицу. В доме часы пробили семь. Девочка спрыгнула с подоконника. — И как это я уснула прямо здесь? Немыслимо. Ах, надо уже бежать в школу. Но какой всё-таки это был странный сон!